МАЛЕНЬКИХ МАЛЬЧИКОВ ДЛЯ СВОИХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ

– Не беспокойтесь, о своей религии он тоже не забывает. Он дает взятки жрецам и покупает маленьких мальчиков для своих развлечений. А когда они ему надоедают, он дарит их в жертву Мелкату. Он считается очень набожным человеком.
Афра получала этот материал и проводила многие дни за компьютером макроскопа, проверяя допуски, вектора и критические индексы. Она уже смирилась с тем, что понять эту науку – выше ее возможностей, и просто использовала конкретные рецепты для их конкретных нужд, проверяя результаты с помощью вычислений.
– Получай, крошка, – произнес он, положив пальцы на инструмент, – твой восходящий – Телец 15 – завернувшийся в шарф человек с экстравагантной шелковой шляпой на голове.
– Да конечно же имеет, Иво! Он такой прекрасный поэт, я точно знаю... вы должны досказать стих. Думаю, я вспомню... Когда Смерть и Позор добьют его...
Он не мог поверить в увиденное и боялся признаться Афре в том, что переутомление вызвало у него галлюцинации. Не египтяне в Древнем Египте? К тому же в качестве правителей? Ведь Иво знал точно, что Египет всегда покорял соседние народы, но никак не наоборот. Несомненно, он просто немного вздремнул, и сон заменил ему картинку на экране скопа. Часто такое случается, когда читаешь: слова на странице становятся все более и более нереальными пока очнувшись, не сообразишь, что глаза-то были закрыты. Возвращаешься к тому месту, в котором скучный текст превратился в фантастические видения, убеждаешься, что там именно скучный текст и... засыпаешь опять.
Айя молчала и внимательно смотрела на Иво. Волосы ее казались еще краснее, а черты лица почти знакомыми, не финикийскими, это было лицо женщины из его мира. Она казалась изумительно красивой.
Он проиграл «Испей меня» вновь. Ничего не произошло. Он попробовал еще несколько простых мелодий, звуки струились со всех сторон бесконечного зала, и мелодии не казались такими простыми, но все оставалось по-прежнему – четыре человека парили в пустоте.
Он сфокусировал изображение макроскопа на поверхности своего планетоида и осмотрел ее. Сомнений быть не могло, спрятанные корабли возвращались к жизни, их команды восстанавливались из протоплазмы. По крайней мере, Шен сделал одно благородное дело и спас экипажи от планетарных орудий: разведка Льва работала получше, чем разведка Овна.
Он остановился и обдумал прочитанное. Более точного описания Беатрикс и не придумаешь. Казалось, будто этот пассаж писался о ней. Он посмотрел на обложку: «Астрология и ее практическое применение», Е. Паркер, перевод с датского. Издано в 1927 году.
Знания Вселенной (или, как минимум, галактики) лежали перед человеком, даже если он не мог до них пока дотянуться. Необходимо добыть это знание, невзирая на недальновидность местных политиков. Иво мог работать с макроскопом, поскольку вышел живым из разрушителя. Он мог не бояться ловушек или разрушения мозга в главном диапазоне. Кроме того, ему придется связаться – попытаться связаться – с человеком, который сможет максимально использовать это знание – с Шеном. Видимо, именно поэтому Брад и хотел вызвать его. Не для того, чтобы разгадать тайну разрушителя, а для того, чтобы использовать знание, которое будет получено, когда тайна будет раскрыта.
– Я сняла с вас шлем и окуляры, как только вы потеряли сознание, – не унималась Афра. – Сколько же времени вам оставалось на прослушивание?
– Только после предварительной проверки! – сказал Гротон. – Это только лишь шлюз. То, что внутри, вполне может повредить вашему нежному здоровью. Что, если там чистый аммиак, или четыре и два по Кельвину?
Она вспомнила, что – минуту назад? час назад? – слышала уже этот характерный для фагота пассаж, что очень любят композиторы, – как правило, им нравятся многоцветные тона инструмента и шутовское звучание верхнего регистра. Она слышала все это недавно, когда она была...
Может, ему следует взорвать станцию разрушителя, вместо того, чтобы лишить тысячи цивилизаций возможности путешествия в космосе, кроме одной – создавшей разрушитель? Ему не стоит ничего дать сейчас по станции залп орудий флагманского корабля, и, если даже станция не будет разрушена полностью, электроника точно выйдет из строя. Какое право имеет Королева распоряжаться судьбами многих цивилизаций, находящихся в этом секторе галактики?
– Это натолкнуло меня на одну мысль, – сказал Иво. – Он ведь совсем не похож на гения. Я никогда раньше прямо с ним не общался, но сейчас, во время беседы, я не мог отделаться от ощущения, что торгуюсь с ребенком.
Маттан оказался простым смертным, к тому же вежливым: если можно судить по внешнему виду, он был важным чиновником в этом городе. Он восседал рядом с подносом с пирожными и спелыми фруктами. Одет он был в ярко-желтую тогу, тело его украшало много разнообразных драгоценностей. Поднос представлял из себя лист почти прозрачного стекла, несомненно большая редкость в эту эпоху, признак богатства и власти. Маттан указал Иво на диван напротив.
– Думаю, он нашел способ обходить разрушитель, – осторожно произнес Иво – Обходить память о нем в моем сознании, да и реальный, наверное, тоже. Думаю, он сможет меня одолеть, и это как раз то, к чему он стремится.
Какие плоды принесет искусственное воспроизводство гениев? Сколько заплатит промышленность за специалистов с гарантированным интеллектуальным коэффициентом? Что от этого выиграет нация? Существует ли предел?
Иво увидел только смазанный след шарика, когда Брад выстрелил. Затем он очутился в космосе, беспомощно кувыркаясь. Гигантский тор станции нависал над ним, рот без лица, огромные пояса, соединяющие сектора, напоминали трещины на рассохшихся сжатых губах.
Стояло утро, и животное неподвижно лежало, подставив свой бок лучам Солнца, глаза были полуприкрыты. Сразу за ним начинался водоем, в котором густо торчали стебли неизвестных растений, многие из которых были поломаны. Высокие кустарники или деревья виднелись неподалеку, почва казалась голой – не было травы.
– Не обязательно. Скорее в межгалактическом пространстве. Но, как я уже сказала, судя по расположению созвездий, мы определенно еще не покинули галактику, да и Землю вы нашли там, где и ожидали. Значит, это второй уровень. По крайней мере, я так думаю.
Но и запасы гелия вскоре исчерпались, и звезда погасла, оставив после себя шар остывающей материи, размером не больше планеты. Пришел печальный конец. Мертвая звезда состояла из очень плотной сколлапсировавшей материи, на поверхности плавали тяжелые элементы, захваченные в течении жизни из галактического пространства. Мертвый пепел, плывущий в космосе.
Да, у человека, в отличие от облака, есть свобода выбора. Художник несет ответственность за свое творение. А предрешенность судьбы не свойственна сентиментальным типам.
– Да, тебе придется поприсутствовать на лекции по природоведению, – сказал он таким тоном, как будто это что-то проясняло. – Твой знак – Козерог 12, студент на лекции по природоведению.
– Так значит, вы нарисовали в послании символ Нептуна, чтобы заслать нас к черту на кулички, откуда мы бы не выбрались без вашей помощи?
Как показали Гарольд и Беатрикс, нормальный человек не просыпается после такого сна. Очевидно, это и был последний тест: разум, который переживет видение и вырвется их стасиса, получает право идти дальше. Человеческий разум не обладает такой способностью. Даже Шен попал в эту ловушку.
Джозеф казался большим, чем на самом деле, так как рядом не было предметов для сравнения. Иво удачно приземлился на ноги, памятуя о своем опыте, и магниты в подошвах ботинок прижали его к корпусу, так что можно было ходить. Они подошли к люку шлюза и постучали.
Айя молчала и внимательно смотрела на Иво. Волосы ее казались еще краснее, а черты лица почти знакомыми, не финикийскими, это было лицо женщины из его мира. Она казалась изумительно красивой.
– Разумеется, но это не тот случай. Судя по расположению созвездий, мы все еще находимся в нашей галактике, Млечном пути – так что до Земли не более семидесяти тысяч световых лет, но насколько я могу судить, это расстояние не превосходит и десяти тысяч. Кроме того, возможны изменения русел рек и береговой линии. Нескольких тысяч лет вполне достаточно для значительного изменения флоры и фауны ваших болот.
По мнению Гротона, смерть такого человека всегда, при любых обстоятельствах, означает крупные неприятности. Слишком уж многие проекты висели в воздухе, и кончина жонглера неизбежно приведет к их падению. Обещания больше никому не нужны, а самими проектами заниматься уже некому.
Сенатор приехал со своим личным секретарем – шумным молодым человеком, которого можно было описать одним словом – хлыщ. Хлыщ говорил о Борланде в третьем лице, будто тот отсутствовал, в то время как Борланд внимательно осматривался и, казалось, не обращал внимания на разговор.
Она подошла к нему со спины, расстегнула его рубашку, сняла ее и свернула в узел. Поцеловала его легонько в щеку и удалилась, оставив его в полном недоумении.
– Я знаю, это ужасно. Однажды один коснулся моей руки, и я думала, что уже никогда не отмою это место. На несколько недель меня изгнали из общества. Мерзость какая.
«Чувство и партнерство», – сказал он самому себе, сверившись со списком. Найдя нужное место в книге, он прочитал вслух: «...в лучших своих проявлениях способен найти общий язык с любыми людьми, в худших – слишком сильно переживает кризисы жизни». Он вспомнил, что интерес Беатрикс к музыке, поэзии, который она разделяла с ним, проявлялся лишь в минуты, когда возникала потребность в общении и участии. Он припомнил также, как болезненно реагировала она на все капризы и импульсивные порывы Афры.
Но, что удивительно, основной сигнал принимался так же уверенно. Это было еще одним подтверждением превосходства внегалактической технологии: этот сигнал нельзя было ни подавить, ни заглушить, ни отклонить в сторону.
– Чтобы сделать это, я создал ферментные глобулы, которые были настроены только на конфигурацию радикалов, типичную для информации о разрушителе. Заметь, все это не покидая тела и мозга! Ты пыталась когда-нибудь контролировать синтез ферментов, если у тебя для этого в распоряжении нет даже тела? Думаю, что не будет преувеличением сказать, что это была самая выдающаяся операция в истории земной медицины.
– Вы не сможете это понять, используя формальные рассуждения. Мы не в шахматы играем, нам даже не известны правила. Твердо известно одно – мы проигрываем, – и давайте спросим почему. Значит, эта штука уничтожает разум. Ну и что в этом плохого?
Иво осмотрелся. В комнате находились восемь мужчин и две женщины разных национальностей. Он узнал здорового русского, который дерзко улыбался сенатору Борланду, и Фреда Бланка, вездесущего техника. Это вряд ли были астрономические чтения, хотя присутствовали все крупные ученые станции.
Финансирование и управление проектом было международным – проект считался исследованием в общих интересах: это означало, что ни одна держава не могла позволить себе финансирование эксперимента со столь далекими результатами, в то же время никто не хотел оставлять все плоды проекта остальным.
Гротон уставился в расплывчатые черты Хорвена, теперь он поверил что это – ужасная правда. Жизнь, которую он знал, подошла к концу, возвращаться смысла не имело. Теперь он входил в новую жизнь – один. ЗЕМЛЯ
– Немногие из нас обладают истинным знанием, Иво. Одна из проблем нашей цивилизации в том и состоит, что она слишком сложна, чтобы каждый мог освоить все области знания. Мы вынуждены многое знать поверхностно, мы вынуждены просто поворачивать ручки и бездумно заполнять бланки – мы пользуемся всем готовым, и этого хватает. Нужно смириться с тем, что любой из нас в состоянии охватить лишь малую толику человеческого знания и культуры. Не обязательно все понимать, достаточно принять как должное.
Лица штабных изобразили удивление. Как правило, командование флотом находилось глубоко в недрах базовой планеты, и если ход операции складывался не в их пользу, покидали поле боя, переместившись в другую точку пространства. Не удивительно, что они несли порой очень тяжелые потери!
– Нептун в семьдесят или восемьдесят раз тяжелее Земли, но гораздо менее плотен. То, что мы видим, на самом деле облачность, а не поверхность планеты. Он действительно большой и дикий, но не переживай – мы даже не будем пытаться на него сесть. Мы ляжем на орбиту вокруг него.
– В сексуальном плане? Так же далеко, как и любой другой, если говорить о движениях. По крайней мере, у Шена получалось, и... девочки... Но ему все очень быстро надоело.
Она вспомнила. Если бы она узнала правду тогда, она, не колеблясь, отдала бы Иво в жертву... какая жуть!
Разрушитель! Внезапно смысл происходящего стал для Гротона очевиден. Он участвовал в установке станции разрушителя, возможно, той самой, которая уничтожила лучшие человеческие умы. Уничтожит, так события происходили за четырнадцать тысяч лет до этого. Его загадочное путешествие подошло к концу – на его глазах творилась галактическая история, один из ее переломных моментов. И он оказался по другую сторону баррикад. Так ли это? Опыт всей его человеческой жизни подсказывал, что нужно быть осторожным в суждениях. Ведь Королева имела все основания пойти на эту опасную и хлопотную затею, решив установить разрушитель, делающий невозможными пространственные прыжки и для ее цивилизации. Она, должно быть, хорошо все взвесила, прежде чем решилась на такой шаг.
– Мы не транжирим деньги. Вы, по-видимому, полагаете, что результатами исследований должна быть реальная продукция. Это не так. Дело не в исследованиях, неверны сами ваши посылки.
Рабы прекратили работу, сгрудились на дальней стороне двора и тоже глазели на Иво. Стражники построились в оборонительном порядке. Все выглядело очень грозно, но никто не двигался. Они явно ждали команды.
Придет время, и корабли эскорта избавятся от корабля и Шена, как от ненужной вещи. Его-то корабль не был вооружен – в полном согласии с достигнутой договоренностью и не обладал большими запасами горючего, чтобы имело смысл пытаться уйти. Они не беспокоились о нем, сейчас главной их заботой был приближающийся флот Льва.
Опять заговорила Беатрикс. Она беседовала с кем-то об огне, воде, бесчеловечности. До этого она довольно долго кого-то звала:
Но есть еще разрушитель! Ничего подобного не могло бы существовать в этом мире. Ничего.
Все было чудесно, и даже вечерний бриз с моря не был холодным, но Беатрикс испытывала некоторое беспокойство. Она плотно поужинала и естественные позывы организма были все более настойчивыми. Но в какой же палатке...
Что ж, подумал он с иронией, теперь, по крайней мере, можно не опасаться вмешательства Шена. С уговором, или без оного, ему уже не выйти, так как Афре наплевать на Иво, а вся галактика заполнена излучением разрушителя. Теперь он, Иво, может использовать любой талант Шена, какой только потребуется, не опасаясь утратить индивидуальность. И он сможет свободно вернуться домой. Придется только немного редуцировать личность при работе с разрушителем в макронном эфире, это необходимо для эффективной работы сознания; в остальное же время он будет гением в прямом смысле этого слова.
– Не беспокойтесь, о своей религии он тоже не забывает. Он дает взятки жрецам и покупает маленьких мальчиков для своих развлечений. А когда они ему надоедают, он дарит их в жертву Мелкату. Он считается очень набожным человеком.
По прошествии некоторого времени был формально отменен институт рабства. Но при этом пострадали интересы немногочисленной, но влиятельной прослойки общества. Напряжение нарастало. Черные осваивали технологии белых, но путь в белое общество был для них наглухо закрыт.
Ощущения не очень-то беспокоили его: ему казалось, что, с одной стороны, он вылупился из личинки и за считанные часы превратился во взрослую особь, с другой стороны, за тот же период он прошел путь эволюции своего роя.
Когда трапеза была закончена, она взяла лампу – простое блюдце без каких либо украшений, небольшая трубочка, укрепленная вертикально, выполняла роль фитиля. Айя провела его в спальную комнату, где на соломенной подстилке были навалены шкуры. Выглядело это просто замечательно.
При самом благоприятном исходе одна из сторон понесла бы большие потери. А при неблагоприятном...
Какое количество времени, сколько веков понадобится Земле, чтобы выйти на этот уровень? Пробоскоиды с планеты Санга так и не достигли его. Они, очевидно, так и не смогли пройти через разрушитель и добраться до программ за ним. В ином случае их проблемы, по крайней мере материальные, были бы решены. Все тот же вопрос: почему существует разрушитель? Все тот же ответ: не хватает исходной информации.
Иво сжал поручень, инстинктивно испытывая страх высоты на узкой площадке. Гордон, по-видимому, этого не заметил.
Иво исследовал другие знаки. Солнце находилось в знаке Рыб – цель и симпатия. Так как первая книга была открыта на описании домов, которые еще могут понадобиться, он открыл другую книгу – толстый древний фолиант.
Первая планета также позаимствовала часть этого богатства, существенно увеличив свою массу, впрочем, как и другие. Но больше всего остатков вспышки сверхновой попало на орбиту вокруг звезды, образовав впоследствии планеты. Теперь у звезды было три маленьких спутника и четыре больших.
– Брад, я в ужасном восторге от всего этого. Но я все же дилетант. У меня никогда не было технического образования. Я верю, что эта ракета сделает все, что бы ты ни сказал.
«Чувство и партнерство», – сказал он самому себе, сверившись со списком. Найдя нужное место в книге, он прочитал вслух: «...в лучших своих проявлениях способен найти общий язык с любыми людьми, в худших – слишком сильно переживает кризисы жизни». Он вспомнил, что интерес Беатрикс к музыке, поэзии, который она разделяла с ним, проявлялся лишь в минуты, когда возникала потребность в общении и участии. Он припомнил также, как болезненно реагировала она на все капризы и импульсивные порывы Афры.
Новоконговец взял синий карандаш и поставил на листе девять точек – Иво показалось, что он попытался изобразить карту своей родины. Сознательно, подсознательно, или просто показалось?
– Тогда пришлось бы честно вести переговоры. – Он опять задумался, пытаясь привести свои мысли в порядок, опираясь на только что виденное. – Я бы призвал его подумать о благе своей цивилизации, постарался бы убедить его в том, что у нас общие проблемы. Но делал бы это осторожно, чтобы не ущемить его самолюбие.
Да, она была живой. В ней находился аппарат, называющийся комплексом Гольджи, который отвечает за синтез некоторых ферментов и сложных гидрокарбонатов. Дышала клетка при помощи митохондрий. Постоянно мигрирующие лизосомы охраняли клетку от болезней – комки активных ферментов, разрушали инородные тела. Все необходимое для выживания имелось в этом создании.
– Не обязательно. Скорее в межгалактическом пространстве. Но, как я уже сказала, судя по расположению созвездий, мы определенно еще не покинули галактику, да и Землю вы нашли там, где и ожидали. Значит, это второй уровень. По крайней мере, я так думаю.
– Значит, так оно и есть, – ответил Хорвен, будто только что заметил это. – Это означает, что еще одна станция установлена и активизирована, и нам пора двигаться к месту установки следующей. Я начну цикл.
Проектор выключился – это было свидетельство того, что на этот раз цикл завершен. Из последних сил тварь попыталась подняться, но щупальца обмякли, тело плюхнулось на дно ванны, конвульсивно вздрогнуло и замерло. Пять конечностей распрямились.
Прошло уже четырнадцать минут, а процесс по-прежнему продолжался. Позвоночные диски свободно провисли, ребра просели. Жидкость медленно растворяла скелет, но понадобится много времени, прежде чем исчезнут череп и берцовые кости. Жидкость успокоилась и начала постепенно расслаиваться, игра света, отражавшегося от слоев, производила жуткое впечатление. Казалось, что призрак девушки является к ним.
Такое объяснение удовлетворило Беатрикс. Она разглядывала мягкую массу ядра и основные его органеллы, плавающие и пульсирующие в колышущемся объеме. Это было что-то вроде мозга организма – ведь в ядре находится жизненно необходимый набор хромосом, бережно спрятанный в мягкой матрице. К стенкам ядра крепился эндоплазменный скелет – система мембран, пронизывающих клетку. Это подобие скелета и нервной системы животного выполняет функции остова клетки и передачи нервных импульсов. Поверхность ядра была усеяна рибосомами, производящие необходимые для жизнедеятельности клетки протеины.
Силы оставляли Иво – валторна уже не звучала, голос ее угас где-то безвозвратно. Оставалась только одна надежда, но ему не хватило сил поддержать мелодию.
Вначале ей показалось, что Гарольд и Беатрикс тоже в норме, но потом она заметила, что их действия – лишь реакция на события в каком-то параллельном мире. Их глаза следили за невидимыми событиями, ноги шагали по невидимой поверхности, то и дело обращались они к невидимым собеседникам, не обращая внимания друг на друга.
– Я думаю! Вы же имеете дело с молекулярным, с атомным коллапсом материи! Предположим, что вы овладеете техникой коллапса и, чисто условно, предположим, совершили его. Но что случится с человеком, после того, как его сожмут до размеров спичечной головки?
– Я не чувствую себя взрослым, – ответил он недоверчиво, но был польщен. – Во мне еще много сомнений и колебаний. А в Тире не было ничего, кроме насилия и интриг – эта жизнь не по мне. Не понимаю, как она могла изменить меня.
Материал был действительно невероятно тяжел. Тяжелые элементы плавали по поверхности ядра, так как плотность вещества, составлявшего центральную часть, была в несколько раз выше. Это вещество оказалось частично сколлапсировавшейся материей, скорее всего, это были остатки потухшей карликовой звезды. Протоны и нейтроны образовывали ядерную жидкость, а вырожденный электронный газ придавал ей устойчивость.
Либо координаты изменились, либо произошли серьезные изменения ландшафта. Компьютер отвечал за точность координат, определяя их по магнитным и гравитационным полям планеты: метод косвенный и очень сложный, но надежный. Он сверил исходные данные с показаниями приборов – все в точности совпало, следовательно...
Он попытался подумать о другом, но странный его разум развивал тему. Он увидел, как его пальцы касаются кожи Беатрикс и находят ее грубой и дряблой. Как можно сравнивать женщину в таком возрасте с Афрой? Ум, внешность, возраст – все равно, что прачка рядом с принцессой. Прикосновение к Афре – запретный плод, а к Беатрикс – отвращение. Все же он дурно судил о Беатрикс, даже в мыслях, хотя и знал, что у нее не отнять мужества и сострадания, чего не скажешь об Афре. Половое влечение, да еще и в юношеской форме, заглушало в нем голос разума и жизненного опыта.
– Вы боитесь прикоснуться ко мне? – нетерпеливо и раздраженно спросила Афра. – ООН не будет вас ждать вечно. Она схватила его руку своими, заставив его пальцы разжаться. – Сюда, – сказала она и положила его ладонь на свою левую грудь.
– Есть множество способов описания бытия, – сказал Шен. – Символы понятны всем, независимо от интеллекта, и астрология – это организованная система символов, ничего более. Ее нужно принять просто, как, скажем, религию. Но символ имеет, естественно, и собственную ценность, кроме значения и свойства, которое приписывает ему человек. А теперь подумай, есть ли у тебя альтернатива для замужества?
Афра возилась с телескопом, пока другие занимались расконсервацией Джозефа. Корабль был погребен в недрах Тритона, который, в свою очередь был вплавлен в ядро Нептуна, и выбраться на поверхность было не таким уж простым делом. К счастью, – хотя Гарольд не признавал случайностей в таком деле и все старался предусмотреть, – они так же законсервировали тяжелое оборудование. Гарольд собрал его в свое время по чертежам внегалактической программы, и сейчас все, что было разобрано для хранения, можно было вновь запустить. Все, что не было спрятано в шахту, естественно расплавилось при падении Тритона на Нептун.
– Вы решили не отвечать? – спросил Маттан, уж очень мягко. – Кое кто мог бы подумать, что вы пренебрегаете нашим гостеприимством.
– Посмотри на данные статистики, Иво. Во времена Христа на Земле было четверть миллиарда людей. Сейчас столько в Соединенных Штатах, а они мало населены по сравнению со многими странами. Население Земли растет с рекордной скоростью, а вместе с тем ширятся сопутствующие болезни: преступность, голод, недовольство масс. Если наши прогнозы верны, а они скорее консервативны, – то через одно поколение наступит конец света. Мы с тобой его еще увидим, к сожалению, в преклонном возрасте.
Он остановился напротив уборной – и ему внезапно бросилось в глаза, что двери всех туалетов направлены в одну сторону. Конструкция была такова, что сидящий в туалете смотрел в направлении «вперед» относительно ориентации тора.
Все еще улыбаясь, Шен вошел в камеру. Прозвучал предупредительный сигнал – деструкция началась.
Удивительно, что они доверили ему пульт управления деформатором. Наверное, опасались, что он распознает поддельную панель и решили, что блокирующего устройства будет достаточно для предотвращения непредвиденных шалостей. Ведь если они и вправду считали его шпионом Льва, то, правдоподобия ради, необходимо было дать ему самому проверить координаты прыжка.
Теперь это случается не так часто как раньше, но Иво знал, что люди вроде него иногда таинственно исчезают в различных районах страны. До сих пор он лично не испытывал на себе ничего более страшного, чем необъяснимое увеличение счета в отдельных ресторанах или внезапная нехватка мест в мотелях. Были также косые взгляды и демонстративно громкие замечания, но это все не в счет. Он научился контролировать свою ярость, а со временем и избавляться от нее.
Они подошли к ступеням, ведущим к красивому каменному зданию. Две могучие колонны обрамляли вход, одна была окрашена в желтый, а другая в зеленый цвет. Второй стражник повернулся к Иво и положил на его плечо свою мозолистую ладонь. Его короткий меч в кожаных ножнах болтался на грудной перевязи, ручка едва не касалась локтя Иво.
Она слегка покраснела. Ему это нравилось – консерватизм был их общим качеством, хотя в остальном их взгляды сильно различались.
Знал ли Брад, что беседа примет такой оборот? Хотел ли он сказать этим, что придется встретить врага на последнем рубеже, космическом? Сенатор Борланд, представляющий реакционные силы...
– А почему... – она замолчала, обдумывая возможные последствия услышанного. – Если Земля и Нептун находятся в соприкасающихся петлях, и вы способны проскакивать в месте соприкосновения, то вы окажетесь на Земле почти мгновенно.

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site11.html on line 336

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site11.html on line 336

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site11.html on line 342