НА СПИНЕ ДНЕВНОГО КОНЯ

Он не хотел пользоваться своим преимуществом перед Хамелеоном, когда она была глупой. Он хотел быть уверенным, что она понимает все последствия, прежде чем он... прежде чем он...
– К сожалению, я видела немного, только то, что происходило по ночам, когда я доставляла сновидения, – ответила Аймбри, – все важные битвы происходили, как правило днем, а куда я могла выйти из тыквы при дневном свете?
Ослепительно яркий день предстал перед ними. Дракону понадобилось мгновение, чтобы среагировать на это странное происшествие, потом он бросился в нападение. Но Дональд совершил усилие и взмыл вверх так быстро, что огромные драконьи зубы щелкнули в пустом пространстве. Он лягнул чудовище в морду изо всех сил.
– Я сейчас воспользуюсь этой бутылочкой, а ты пока посмотри, не прибила ли вода к берегу еще что-то в этом роде, – распорядился Бинк и откупорил пробку, направив горлышко сосуда прямо на приближающихся жителей Мандении. Из бутылки выскочил маленький кабачок, который стал мгновенно увеличиваться в размерах, а затем, когда люди оказались на достаточно близком расстоянии, с ужасным треском лопнул, обратив жителей Мандении в бегство. Аймбри увидела в воде у берега еще одну бутылку и, войдя в воду, схватила ее зубами за горлышко. При этом ей пришлось хлебнуть немного воды, которая все еще воняла тем самым сконком, но это была печальная необходимость. Аймбри передала бутыль королю в тот самый момент, когда опомнившиеся люди из Мандении снова стали приближаться. Бинк, едва взяв в руки бутыль, привычным уже жестом вытащил затычку из горлышка и направил его на жителей Мандении.
Он бросился бежать по песку. Первые десять шагов все шло прекрасно, но потом его нога погрузилась в воду и он упал в море.
– Я... я не могу показать его, – произнес он. – Но у меня есть письмо от Доброго Волшебника Хамфри о том, что я обладаю магией, – дрожащей рукой он протянул письмо.
– Для твоего уровня мышления это вовсе неплохая мысль. Значит, для тебя этот кусок меди своего рода страховка. Очевидно, они могут подумать, что ты слишком глуп для того, чтобы догадаться сбежать от них, и тот факт, что ты не убежишь при их приближении, только подтвердит эту уверенность!
– У меня куча недостатков, и они очень значительные, но я никогда не была лицемеркой, – гнула свое королева, – у меня было столько власти, сколько ее тут ни у кого не было, власть была и у Трента. Но Трент очень умный человек – любая любовь когданибудь проходит, потому-то он и решил жениться не по любви и заключил со мной эту, скажем так, сделку. До меня у него уже была жена, из Мандении, но она скончалась. Возможно, выбор Трента пал на меня еще и потому, что я немного разбираюсь в волшебстве. Трент в какой-то степени наказал себя, женившись на мне, я знаю это, но, выходя замуж, я и не искала любви. Выходит, что я продала себя за возможность обладать хоть какой-то властью и почетом, хотя продавать себя так, как продают себя проститутки, я не могла, да и не сделала этого, ведь Трент не испытывал ко мне физического влечения!
– Я же не сказала, что ты очаровательная, – сказала Аймбри, представая перед королевой во сне в облике пожилой женщины, с которой королева могла вести себя более непринужденно, – я только лишь сказала, что ты очень храбрая женщина, а это не лесть, это действительно так!
Бинк подобрал свою палку. Трент вновь сфокусировался на нем, и Бинк понял, что на этот раз ему не удастся увернуться и вовремя нанести удар своим единственным оружием.
Но неожиданно Хамелеон блестяще решила эту проблему. – Скорее пройди через стену! – крикнула она. Но совет этот был бесполезным – сейчас был день, а не ночь, а днем волшебные свойства кобылки не имели силы. В подтверждение своих слов Аймбри явила перед женщиной образ измученной лошади, беспомощно тыкающейся в стену замка. Кобылка чувствовала как Хамелеон крепко вцепилась в ее гриву – она была впечатлительной женщиной и слишком близко принимала все к сердцу, даже если это происходило во сне.
Тем временем они уже двигались в южном направлении. Хамелеон ехала на спине дневного коня, и это вполне ее устраивало, поскольку она уже успела привыкнуть к нему. Весь день они скакали на юг, стараясь как можно дальше оторваться от возможного преследования. Их спешка принесла свои плоды – уже до наступления темноты им удалось пересечь невидимый мост через Провал, от которого до замка Ругна было рукой подать.
Король обладал великолепной гривой седых волос и длинной бородой, но его глаза частенько блуждали по сторонам. Периодически слуга толкал его, чтобы он не заснул, и напоминал ему о ритуале.
Вся экспедиция сразу стала наблюдать, прислушиваться и принюхиваться. Действительно, откуда-то несло запахом горящего поля. – Не понимаю, для чего жителям Мандении нужно крушить все подряд на своем пути, – проворчал Гранди, – ведь не только мы, но и сами они тоже не смогут в будущем воспользоваться выжженным ими же полем!
– Я постараюсь развести огонь! – крикнула Хамелеон. Тогда Аймбри побежала быстрее, снова отрываясь от сентикора, который в бешенстве принялся пускать из ноздрей клубы дыма. Забежав за массивную колонну, кобылка затормозила, действуя как можно аккуратнее, чтобы не сбросить этом наездницу. При этом Аймбри подумала, почему она в свое время не догадалась так резко затормозить, чтобы оседлавший ее Всадник вылетел из седла. Можно было и просто встать на дыбы, сбросив его. Да, тогда ей было не до этого! Хотя, впрочем, это вряд ли удалось бы – Всадник наверняка хорошо знал все повадки лошадей. Ведь недаром же его величали Всадником – человеком, прочно сидящим на спине лошади!
Звук доносился с высоты футов в пятьдесят по направлению к центру роя вихляков. Раздался грохот падения, словно рухнуло поваленное магией дерево.
– Я считаю, что сказанное оправдывает взятие власти мной, Бинк. Потому что ускоренная эволюция и мутации, вызываемые магией и инцестом между видами изменяют Ксанф. Если мы останемся отрезанными от Мандении, в Ксанфе вскоре не останется ни одного человека – лишь гибриды. Только постоянный приток людей позволил человеку в Ксанфе сохранять свой вид за последнее тысячелетие. Теперь же здесь не так много людей. Когда человек спаривается с гарпией, результатом будет никак не человеческое дитя.
– Любой из нас мог бы сделать то же самое. Скорее всего, жители Мандении заключили с тамошними великанами какую-то сделку. Возможно, они пообещали им часть добычи, если те к ним присоединятся или просто помогут!
Все это походило на сложную интеллектуальную игру. Бинк попробовал воспринимать слова Трента, как сарказм, но был уверен, что это не так. Он боялся, что Волшебник умнее, нежели он, но также знал, что считать правдой.
– Как раз это и было, очевидно, моей ошибкой или по крайней мере ее частью, – признался Хамфри, – я уделил слишком много внимания раскладыванию склянок с моими заклятьями и за этим занятием совершенно не заметил, как он вошел внутрь ствола Баобаба. Я только поднял глаза, а он уже стоит передо мной. Единственное, что я успел – это быстро произнести его имя, прежде чем он кинулся на меня. Если бы я был начеку, как это и надлежало сделать, то я уже держал бы тогда наготове весь Мир Волшебства! – и волшебник пристыженно покачал головой.
Аймбри тем временем вышла из зала, спустилась по широкой лестнице во двор, зашла на опустевшее теперь кладбище зомби, чтобы попастись на обильно произраставшей там сочной траве и немного отдохнуть. Как это ни странно, но самая лучшая трава всегда растет почему-то именно между могилами. Аймбри знала, что далеко ей отлучаться нельзя, поскольку она может понадобиться волшебнику Хамфри в любой момент.
Один из жителей Мандении подошел к Аймбри с веревкой в руках. Аймбри дернулась было в сторону, но Всадник снова погрозил ей издали шпорами, и она покорно стихла. Человек из Мандении тщательно опутал веревкой ее передние ноги с тем расчетом, чтобы она могла спокойно переходить с места на место, пощипывая травку, но бежать она с такой петлей на ногах уже не могла. Как это было унизительно!
– Мы сейчас больше не чувствуем так остро вашу ситуацию, – вежливо произнес Хамфри, – может быть, будет лучше поручить все дела по управлению государством этому кентавру. Я думаю, что он довольно сведущ во всех этих делах и прекрасно с ними справится!
К счастью, полтора столетия несения службы по доставке снов приучили Аймбри к загруженным ночам. Гранди торопливо взобрался на ее спину, и они галопом поскакали к замку Хамфри. Аймбри воспользовалась теперь той же самой плантацией тыкв, только вот наездником был голем, а не Хамелеон, да и тыква была не та, поэтому они проезжали по миру ночи уже в совершенно иной местности. На сей раз они скакали мимо плотоядных облаков, которые тянулись к путешественникам, чтобы утолить свой вечный голод. Но, к неудовольствию туч, добыча эта была им не по зубам.
– А почему же вы мне раньше ничего не сказали? – в ужасе воскликнула Аймбри. – А я все это время...
– Хочу немного рискнуть, – сказала Аймбри Хамелеон. Она тут же воспроизвела перед женщиной сценку, в которой лошадь неустрашимо продвигалась к духу великана. – Ты не хочешь, чтобы я временно вынесла тебя наружу, где более безопасно? – спросила она женщину.
Возле главного входа они лицом к лицу столкнулись с зомбичасовым. – Стойте! – прохрипел он, с видимым усилием напрягая источенную червями гортань.
Тут Аймбри стала негодующе фыркать и резко бить себя хвостом по бокам, вспоминая, с какой наивностью позволила Всаднику дурачить себя, стараясь снова переключиться на ту мысль, которую ум ее никак не хотел обрабатывать. Дневной конь прикидывался невинным созданием, изображал из себя тупое животное, порой даже трусливое, но на самом деле это была тонкая игра. Он даже возил на спине будущих королей Ксанта, облегчая выполнение их задания, но делал он это не из желания помочь Ксанту в борьбе с завоевателями, а потому, что полагал, что если эти люди взойдут на престол, то они будут никчемными руководителями и его союзникам-карфагенянам еще легче будет одержать победу в войне. А поскольку каждый новый король не оправдывал надежд Всадника, обнаруживая после восхождения на престол незаурядные организаторские способности и вообще компетентность в государственных делах, то он нейтрализовывал королей одного за другим и заменял его следующим, более, по его мнению, слабым, нежели предыдущий. По иронии судьбы вышло так, что наиболее слабые создания – женщины – от которых никто, в том числе и сам Всадник, не ожидал слишком многого, оказались как раз наиболее сильными противниками, а самая непритязательная и, по мнению Всадника, самая для него безопасная женщина Хамелеон сумела разгадать все его намерения и заманить его в ловушку.
Бинк перешел Провал. Для этого потребовалось лишь наличие информации о невидимом мосте и уверенность в себе. Ступив на безопасную землю, Бинк оглянулся назад. Конечно, никаких признаков моста и никакого сколько-нибудь заметного подхода к нему. Он не хотел бы рисковать еще одним переходом.
И если она теперь потеряет еще и Бинка, горестно подумала Аймбри, это станет непоправимым ударом для этой чудо-женщины.
Чери приняла ее, затем наклонилась вперед, чтобы поцеловать – материнский поцелуй в лоб. Бинку хотелось, чтобы она не делала этого, но он механически улыбнулся и двинулся дальше. Он услышал, как копыта застучали в обратном направлении, и внезапно ощутил себя таким одиноким. К счастью, его путешествие близилось к концу.
Сквозь облака прорвалось солнце. Там, куда падали его лучи, градины превращались в цветной пар. Их магическая структура не могла противостоять прямому солнечному свету. Это вновь навело Бинка на раздумья – не враждебно ли солнце магии? Если магия истекает из глубин поверхности земли, то является ее внешней каймой. Если кто-нибудь проникнет поглубже, то сможет приблизится к фактическому источнику силы. Интригующая мысль.
Но передохнуть Бинку не удалось – на него двигалось с десяток пришедших в себя после наводнения манденийцев. Но теперь они были более осторожны и благоразумны – предварительно выстроившись в боевой порядок, они медленно, но решительно надвигались на короля волшебной страны. Эта угроза была куда серьезнее предыдущих.
– Мне приятно слышать, что твое толкование совпадает с моим пониманием этого закона, – обрадованно проговорил Арнольд. И Роланд, и Арнольд понимали, что только что они разрешили эту загадку и способствовали разрешению могущих возникнуть в будущем споров, поскольку опасность, нависшая над Ксантом, разом заслонила все проблемы, которые сейчас уже казались ничего не значащими пустяками.
– Не нравится мне все это, – сказала Аймбри королю. – Этому человеку нельзя доверять. Сейчас время его вышло, можно спокойно уйти и не видеть его целую ночь.
– Она Хамелеон, – сообщил Бинк. – Меняется от урода до красавицы и обратно, а ее ум изменяется в обратном порядке. Она покинула Ксанф, чтобы избежать проклятья.
Бинк поплыл к настоящему берегу в виде бесплодной скалы, о которую с плеском разбивались волны.
– Кажется, моя тайна ни для кого тут больше тайна. Твой отец был осведомлен об этом. Вероятно, потому-то он и поручал мне разбираться в особых ситуациях, где волшебство играло далеко не последнюю роль. Но я должен признаться, что я не так уж и неуязвим – жители Мандении представляют для меня такую же опасность, как и для любого их вас. Но, может быть, мне удастся справиться с тем неуловимым противником, который умудрился вывести из строя уже четырех королей. А сейчас я должен сразу отправиться к Баобабу и попытаться воспользоваться теми фокусами и разными магическими причиндалами, которые там оставил Хамфри. Я попытаюсь остановить волну захватчиков из Мандении.
Бинк согласился с ним. Чих-другой – ничего страшного, но дюжина-другая, следующая друг за другом без перерыва, было делом серьезным. Вряд ли осталось бы время дышать.
Как теперь Аймбри ругала себя за свою невнимательность и забывчивость! Ведь в самом замке Ругна было точно около полудюжины привидений и духов, среди которых была когда-то и Милли, супруга повелителя Зомби, та самая, которой восемьсот лет! Уж вполне естественно, что все они поддерживали законных королей Ксанта!
– Я здесь, здесь, – раздался откуда-то крик Чем, – я тут, возле Горгоны. Иди сюда и не бойся, ее лицо плотно закутано вуалью, с тобой ничего не случится!
– Та, что сидела напротив тебя. Которую ты чуть не изнасиловал, – Судья улыбнулся, сделав сигнал одной рукой, и облачко исчезло. – Но я не обвиняю тебя.
– Но как же я смогу жить без моего тела? – огорченно спросила Аймбри. Она вдруг ясно, во всех деталях, припомнила страшные мгновенья падения в Пустоту и, почему-то, появление Хамелеон. Но что было между этими двумя событиями?
– Ну, этому замку требуется новый владелец. Волшебник. Он, этот замок, очень разборчив, что является одной из причин, по которой он так долго ждал. Он хочет возродить годы славы Ксанфа, следовательно, ему нужен новый Король Ксанфа.
Из недр фаланги вынырнул другой житель Мандении, нацеливая свой лук на муравьиного льва. Но на него тут же набросились три зомби-гнома, крепко хватая его за ноги.
– Да, но мы все равно пока не знаем, как вызволить их оттуда, – остудил ее пыл кентавр, – к тому же нельзя полагаться на это предположение, поскольку оно все равно пока не доказано. Именно поэтому я ничего не стал сообщать и без того расстроенным родственникам – зачем бередить их раны? Будет лучше не обнадеживать их раньше времени.
Внезапно Аймбри замолчала. А почему, собственно, никто не должен знать о ней? От кого ей тут прятаться? Вот Всадник уже и то знает о ней. Он даже ездил на ней верхом и узнал о сообщении, заставив при помощи своих шпор выложить все, что она знала!
В его мозгу всплыла картина прекрасной Сабрины. Настолько живая, настолько привлекательная, что все остальное стало безразличным. Он подошел к гиппокампусу, обождал на краю рва и взгромоздился в седло.
Внезапно к Аймбри и Хамелеон подошла женщина-зомби. Вид ее был ужасен: веки на полусгнивших глазах были опущены, сквозь истлевшие местами щеки виднелись зубы. Через глубокий вырез в саване были видны груди, похожие на полусгнившие дыни. – Вы случайно не кентавр? – спросила она Хамелеон голосом вполне нормальным, как у обычного человека. Очевидно, это было единственное в ней, чего еще не коснулось тление.
Она была храброй женщиной. Моряк мог пустить в нее стрелу. Бинк быстро поплыл вокруг корабля, двигаясь к дальней его стороне. Корабль был около сорока футов в длину, по меркам Ксанфа – большой. Но, если хотя бы часть того, что Трент рассказывал о Мандении, была правдой, у них были корабли и намного больше.
– Я не спрашивал ее, – ответил Кромби. – Я был чертовски глуп. Я проведу тебя к твоему Волшебнику, а потом спрошу ее, кто меня ударил, а уж тогда... – он со значением дотронулся до рукоятки своего меча.
Точно, около отверстия в стволе дерева лежала огромная туша. Задняя ее часть отсутствовала, но передняя не была тронута. Очевидно, дерево поймало его и съело, сколько могло, но гиполамп был настолько огромен, что даже опутывающее дерево не смогло управиться с ним за один раз. Сейчас дерево было сыто, его щупальца равнодушно болтались.
Потом Бинк тоже стал морской черепахой. Неожиданно ему оказалось весьма удобно в воде и он перестал бояться копий-вил. Если какой-нибудь трезубец направлялся на него, он просто втягивал голову внутрь. Броня панциря могла остановить что угодно.
Дракон медленно адаптировался к новой ситуации. Он выпустил в Бинка струю оранжевого огня, опалившего тому перья. Огонь лишь вызвал у Бинка раздражение. Он поднял львиную лапу и шлепнул дракона. Усилие было небрежное, но оно отбросило дракона прямо на дерево. С сердитого дерева посыпался град каменных орехов. Дракон издал вопль боли, проглотил свое пламя и сбежал.
Это уже становилось обыденностью – помешательство королей Ксанта! Аймбри чувствовала нечто вроде шока, но на сей раз не столь сильно, как это было, когда теряли рассудок король Трент и король Дор.
Пока ночная кобылка стояла на месте, погрузившись в глубокие размышления, Всадник проснулся. Открыв глаза, он сразу же увидел ее.
– Точно так же делает и мой конь, несмотря на то, что я его все время хорошо кормлю, – заметил хозяин, – но у него постоянно зверский аппетит. Иногда мне кажется, что он даже не утруждает себя перевариванием съеденной пищи, а пропускает ее через себя и спешит за новой порцией. Он может съесть все что угодно. Но он исключительно хороший конь. Куда же он мог запропаститься? Мимо меня он вроде бы не пробегал, да я шел все время, высматривая его, пока не услышал топота твоих копыт!
– О нет, парень, так не пойдет, она моя! – крикнул он, хватаясь за рукоять меча. – Я полночи и почти все утро гнался за этой красоткой.
Но этот район был мало заселен. До сих пор он не видел человеческого жилья. Бинк быстро пошел через лес. Когда наступили сумерки, он увидел большие темные тени, поднимающиеся из провала – широко распростертые кожистые крылья, злобно изогнутые клювы, мерцающие маленькие глазки. Стервятники, вероятно, или еще хуже. Он ощутил сильное беспокойство.
– Эй, вы, там, – подал из рва голос водяной, моментально рассеивая созданный кобылкой образ. Но тут же появился другой образ: водяной превратил воду в лед, рог сентикора вмерз в этот лед, и чудище так и осталось беспомощно стоять с опущенной головой. Сентикор в ярости зарычал и с бешеной силой дернулся, высвободив рог и расшвыривая в стороны увесистые куски льда. Испуганный водяной моментально обернулся рыбой и скрылся под водой.
Она была так же привлекательна, как и Хамелеон в ее красивой стадии, но она была, кроме того, и умна. Подходящая невеста для почти любого мужчины. Но Бинк слишком хорошо знал ее теперь. Его талант предотвратил его женитьбу на ней, держа себя в глубокой тайне. Хитрый талант...
Показалось живое существо. Это был кентавр – тело лошади с торсом человека. На нем не было одежды, и у него были мускулистые бока, широкие плечи и задиристый вид.
Они двигались на восток лесами и полями, направляясь к замку Доброго Волшебника. Аймбри прекрасно ориентировалась на местности, доставляя сны, она частенько бывала здесь. Она старалась не попадаться на глаза драконам, держалась подальше от плотоядных растений и тому подобных опасностей, и потому добралась до замка безо всяких приключений. Собственно говоря, это расстояние Аймбри могла проскакать за гораздо более короткое время, но приходилось считаться с тем, что Хамелеон не была опытной наездницей. Они несколько раз останавливалась в пути, чтобы подкрепиться. Хамелеон даже приспособилась дремать на спине кобылки и стала с высоты своей позиции предупреждать Аймбри о том, что на пути ее ждут рытвины и ухабы. Аймбри была волшебной лошадью: она даже спала, не останавливаясь, что очень удивило Хамелеон. Хоть она и была глупа, но с ней было приятно путешествовать, к тому же она делала все так, как ей говорили, и быстро усваивала уроки верховой езды.
Океан был спокоен. Крутые скалы берега тоже казались иллюзией, но там все же был небольшой пляж – правда, не там, где он был раньше, когда он бежал по нему и оказался в соленой воде. Длинная узкая пристань выдавалась вперед в море рядом со склоном Провала. Вот по чему он побежал в самом начале, пока просто не добежал до конца, внезапно свалившись в воду.
Этой ночью призраков Бинк больше не видел. Наконец он отдал меч Фанчен. К своему удивлению, он умудрился заснуть.
Когда Кромби преграждал дорогу какой-нибудь густой куст, он просто срубал его мечом. Бинк заметил, что некоторые растения уступали ему дорогу прежде, чем меч наносил удар. Если уступить дорогу, было лучшим способом выживания, эти растения пользовались таким способом. Но, предположим, Кромби наткнется на спутывающее дерево? Это может оказаться той опасностью, что он искал.
А теперь все разрозненные факты и непонятные детали сложились в одну точную и ясную картину. Аймбри была просто поражена. Для того, чтобы свести все догадки и реальные факты воедино и наконец прийти к правильному решению, потребовался сильный и достаточно к тому времени уже развившийся ум Хамелеон. И в результате Всадник, недооценив Хамелеон, сам пал жертвой своей заносчивости и самомнения. Было вполне естественно, что он отправился вместе с Хамелеон в замок Ругна – еще бы, в этом он усмотрел для себя удобную возможность разделаться с последними двумя королями и спокойно сесть на престол волшебного королевства.
– Я готов сделать тебе очень неплохое предложение, Бинк. Практически все, что пожелаешь в Ксанфе. Богатство, власть, женщины...
– Но это же полное безрассудство, – продолжала увещевать их Аймбри, являя сценку, в которой небольшая группка вооруженных кентавров была смыта океанской волной, – подождите хотя бы до наступления темноты, тогда вы сами сможете организовать какуюнибудь засаду. А ночью я смогу отправиться на разведку позиций этих людей...
Тем временем подул встречный ветер, пламя стало бешено раздуваться и в конце концов изменило направление движения, отходя немного вбок. Клубы густого дыма повалили на север. Дым этот внес в ряды наступавших людей из Мандении невероятную сумятицу, они дружно принялись чихать и кашлять.
– Никак не могу поверить, что тут все так просто, – сказал кентавр Чет, – то ли жители Мандении чудовищно беспечны, то ли они просто не подозревают о том, что тут кто-то может оказать им сопротивление. Или же за всем этим скрывается какая-нибудь уловка. Где их остальные силы?
Тем не менее, если она Волшебница, ее уловка будет быстро разоблачена проницательностью Волшебника. Таким образом, правда станет известна.
– Послушай! – воскликнул Бинк. – Может быть, решающий фактор – это разум. Существо может делать магию или быть магическим или умным – или любая комбинация двух качеств из трех, но никогда все три вместе. Поэтому мышь-мусорщик может колдовать, а умный дракон – нет.
Аймбри явила на прощание перед всеми сценку, которая ярко изображала их расставание – пожилой кентавр вез на себе неугомонного голема, а печальная женщина ехала на спине дневного коня. Это было сделано на всякий случай и специально для Арнольда – ведь, как уже заранее было известно, кентавр должен был после Бинка занять королевский престол Ксанта, и необходимо было и его посвятить во все детали произошедших событий. К тому же кентавру теперь нужно было тоже назначить себе преемника, иначе вся власть в случае какой-либо накладки перешла бы к Совету Старейшин.
Тут сценка Аймбри исчезла окончательно. Аймбри с удовольствием подумала, что хорошо, что лошади не умеют краснеть, иначе она была бы сейчас как спелый помидор. Ведь она действительно кокетничала, флиртовала, хотя решила не делать этого – и все потому, что на нее так подействовало присутствие такого заметного мужчины.
И Фанчен тоже. Теперь, когда стало светлее, он убедился, что ее внешность действительно стала лучше. Ее еще вряд ли можно было назвать миленькой, но она, определенно, не была уже уродиной, которую он встретил какое-то время назад. Она даже напоминала ему кого-то...
– Вы только покажите нам, где находятся эти выродки из Мандении, – высокомерно бросил вожак кентавров, – а утром мы выдвинемся к этому месту и живо разделаемся с ними!
Все посмотрели на Аймбри, вдруг осознав, что теперь она должна отдавать приказы, поскольку стоит теперь во главе государства.
– Они внутри дерева, – сказал Трент. – Некоторые должны оказаться внутри вещей. Таких поймать невозможно.
Но не всегда Бинку удавалось поступать разумно. Особенно, когда его к этому принуждали внезапно. Рассуждая после, Бинк был очень разумным и рассудительным, но на данной стадии от этого было мало проку. Если бы только он обладал талантом, как у матери, только посильнее, чтобы мог повернуть время назад на пару часов и переиграть все свои удачи на успех...
– Вот так и должна восприниматься качественно сделанная иллюзия, – удовлетворенно потерла руки королева Ирис. – Теперь, когда большинство их животных убежало, они будут продвигаться намного медленнее!
Аймбри тем временем проносилась мимо зарослей плотоядных лиан, еще мгновение – и она выскочила из тыквы. Теперь они снова скакали по территории Ксанта, отсюда было рукой подать до новоотстроенного замка Повелителя Зомби.
В его мозгу всплыла картина прекрасной Сабрины. Настолько живая, настолько привлекательная, что все остальное стало безразличным. Он подошел к гиппокампусу, обождал на краю рва и взгромоздился в седло.
Мимо прошли трое юношей – Зинк, Джама и Потифер. Они были подавлены, шли с опущенными головами, зная, что их шалостям пришел конец. С новым Королем им придется вести себя хорошо, иначе их трансформируют.
Каждая гигантская птица вдобавок ко всему несла в когтях нечто наподобие большой сумки. Когда птица зависала над жителями Мандении, то она сбрасывала эту сумку вниз. Ударяясь о землю, сумка со звонким хлопком взрывалась и испускала густой желтый дым, который выглядел и пах довольно неприятно. Деревья и кустарники, окутанные этим дымом, казалось, чернели от его действия. Иллюзия изобразила еще и людей, которые ничем внешне не отличались от манденийцев. Едва глотнув дыма, они как подкошенные падали на землю и, корчась, умирали, пуская изо рта кровавую пену.
– Ну вот, а Удар как раз ушел на дежурство в лес, – сказала Танди. – Он собирался проверить, не пытаются ли жители Мандении подкрасться к нам откуда-нибудь с другой стороны.
Бинк попытался оттолкнуться концом весла от корпуса корабля, но ничего не вышло, потому что он не мог освободить весло от уключины. Но течение пронесло лодку вдоль борта, пока она не оказалась за его кормой.
Вдруг, оторвавшись от своих мыслей, Аймбри обнаружила, что порывы ветра, навеваемые взмахами волшебной палочкой, больше не налетают и не рассеивают карфагенских солдат по сторонам.
– Его невозможно ни обмануть, ни испугать при помощи блефа. Он не умеет мыслить. Он просто реагирует. Ты будешь вынужден уничтожить его... и ты понимаешь, что я этого позволить не могу. Мне нужен Ругна.
И все же, когда она приняла форму василиска, который уставился на него с ледяной свирепостью, веселье Бинка поутихло. Если бы такая злость могла повредить ему, он был бы уже мертв.
йАймбри решила попробовать этот способ. Зажав зубами оперение стрелы, Аймбри мгновенно дематериализовалась и осторожно подалась назад, потянув стрелу на себя. Стрела дематериализовалась вместе с ее телом, и потому без малейшего затруднения вышла из тела архивариуса, показав напоследок зловеще зазубренное жало, которое заблестело в свете Луны. Довольная Аймбри зашвырнула стрелу далеко в темноту. Все получилось как нельзя лучше: стрела была извлечена из тела архивариуса так, что он совершенно ничего не почувствовал!

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site139.html on line 351

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site139.html on line 351

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site139.html on line 357