НОВУЮ СТЕНУ

– Ты все-таки права, кобылка! Если существует на свете та вещь, в которой я наиболее искусна, так это мучить людей! Эти люди еще будут проклинать тот день, когда ступили на землю Ксанта! А этот Всадник – как только я доберусь до него, то я...
Но теперь уже не только в этом заключалось все дело. Оставалось нечто еще. Что-то даже еще более важное. Что это было?
– Кажется, моя тайна ни для кого тут больше тайна. Твой отец был осведомлен об этом. Вероятно, потому-то он и поручал мне разбираться в особых ситуациях, где волшебство играло далеко не последнюю роль. Но я должен признаться, что я не так уж и неуязвим – жители Мандении представляют для меня такую же опасность, как и для любого их вас. Но, может быть, мне удастся справиться с тем неуловимым противником, который умудрился вывести из строя уже четырех королей. А сейчас я должен сразу отправиться к Баобабу и попытаться воспользоваться теми фокусами и разными магическими причиндалами, которые там оставил Хамфри. Я попытаюсь остановить волну захватчиков из Мандении.
Было уже темно. Аймбри подошла к месту, где росли тыквы, и нырнула в ближайшую. Беспрепятственно пройдя через тыквенную оболочку как сквозь стену, они сразу же очутились на кладбище, по которому расхаживали скелеты. Один из них поприветствовал Айрин, помахав ей рукой, а Аймбри тем временем прошла через новую стену – это была стена комнаты, которую Ночной Конь специально подготовил для того, чтобы в ней можно было навещать находящихся в тыкве королей Ксанта.
– Я виноват, – улыбнулся Трент. – То старое кресло развалилось подо мной, – показал он на кучу палок. – Большая часть мебели здесь очень хрупкая. Я так увлекся этой библиотекой, что стал рассеянным, – он потер поясницу, – и поплатился за это.
– В этом и проблема, – пробормотал Бинк. – Если бы я обладал магией, я бы не путешествовал. Но я подтверждаю, что я говорил. Я могу делать хорошую физическую работу.
И тут она вспомнила о радуге. Она бы никогда ее не увидела, если бы смотрела все время на солнце, да и если бы не смотрела на него – тоже. На радугу всегда указывала чья-то тень, это было ясно; это была одна из особенностей волшебства страны Ксант, этот своеобразный сигнал. Но свет должен был упасть на кого-то, чтобы заставить его отбросить тень – тени ведь отбрасываются кем-то, когда они появляются.
– Я же не сказала, что ты очаровательная, – сказала Аймбри, представая перед королевой во сне в облике пожилой женщины, с которой королева могла вести себя более непринужденно, – я только лишь сказала, что ты очень храбрая женщина, а это не лесть, это действительно так!
Бинк смотрел, окаменев от ужаса. Он никогда еще не был свидетелем столь хладнокровного убийства.
– Мы все должны делать то, что в наших силах! – тут Аймбри вдруг вспомнила, что именно в ее руках лежит спасение Ксанта, точнее, как выразился Хамфри, ключ к спасению. Ах, если бы только знать, в чем это самое спасение заключалось! Если бы только она могла понять, что именно ей надлежит делать, то начала бы делать это сейчас же, и делала бы это целеустремленно, каждый день, каждый час, добиваясь нужного результата. Было ли этого достаточно? Аймбри сомневалась.
– Я так и думал, дорогуша, – коротко сказал Гранди. Странное дело, но кроме самой гарпии никто больше не выражал сейчас желания пообедать и не жаловался на приступы аппетита! Голем тем временем хитро продолжал плести свою сеть: – Для того, чтобы все это заполучить, тебе нужно всего лишь слетать к тому месту, где находятся люди из Мандении, осмотреть это место, сосчитать, сколько их, вернуться и рассказать все нам!
Но он успокоил себя. Конечно, вихляки побывали здесь давно, угроза уже была устранена. Но все равно, место, где они кишели, производило ужасное впечатление, так как маленькие летающие черви магически просверливали все, что попадалось им на пути, включая людей и животных. Дерево могло выдержать несколько аккуратных дырочек, но живое существо могло насмерть истечь кровью, если не погибало сразу при повреждении жизненно важного внутреннего органа. Сама мысль об этом заставила Бинка поморщиться. Он надеялся, что вихляки больше никогда не появятся в Ксанфе, гарантий в этом, правда, не было. Ни в чем, в чем была замешана магия, не существовало определенности.
Через минуту этот житель Мандении, превратившись в какую-то зеленоватую бесформенную массу, мешком свалился с моста в пропасть. Живой василиск способен превратить человека в труп одним своим взглядом, но у василиска-зомби такой силы уже не было. Поэтому ему удавалось всего лишь разжижать мышцы нормального человека до состояния мышц покойника.
Хамелеон обняла ее, и по этому случаю Аймбри снова обрела плоть, чтобы Хамелеон почувствовала ее тело. Да, как хорошо было любить Хамелеон, несмотря на ее умственное развитие, особенно в такие приятные минуты! Надо полагать, что никто, кроме, пожалуй, какой-нибудь змеи, не возражал бы против того, что такая приятная женщина, как Хамелеон, обняла его!
Нехотя Бинк вышел. Ванная комната соответствовала дворцу. Сама ванна походила на небольшой плавательный бассейн, а шкафчик был элегантным изделием типа, который, как говорили, используют манденийцы. Бинк зачарованно наблюдал, как вода образует водоворот и уходит в трубу, исчезая, словно по волшебству.
– Я бы не советовал, молодой человек, – произнес Генерал таким тоном, словно предупреждал не наступать на колючку.
Бинк, все еще задыхаясь от морской воды, не смог на нее закричать. Он вцепился в скалу руками, пальцами находя упор в трещинах и держа лодку согнутыми ногами.
Король снова улыбнулся: – Ну ладно, не будем трогать его! Настоящие лошади – большая редкость для Ксанта, они тут не водятся. Надо поставить его под защиту королевской власти. Это поможет коню выжить в чужой для него стране.
Прибыв на место, Аймбри снова испытала сильнейший шок – королей на этот раз было уже девять, так как прибыло новое пополнение – Айрин и Хамелеон тоже находились тут.
Аймбри заговорила: – Видишь ли, я могу наделять любое существо, которое в данный момент касается меня, способностью проходить ночью сквозь различные объекты и пользоваться тыквами для быстрого перемещения на большие расстояния. Но это не совсем безопасно, поскольку внутри тыквы полно всяких диковинок, к которым все вы не очень привыкли. Я думаю, что тебе лучше совсем не подвергать себя риску!
– Я не хочу, чтобы моя жена стала свидетелем моего падения, – признался волшебник, – человеку моего возраста всегда присуще какое-то самомнение, а мое падение будет просто постыдным!
– Ты знаешь, Аймбри, – спокойно проговорил затем Всадник, – мне все это самому не очень нравится! Ты такое прекрасное животное, а я очень люблю конину, поверь мне! Ты же знаешь, я люблю только все высшего качества! Но ты осмелилась встать между мной и королевским троном, а также стоила моим временным союзникам, этим карфагенским наемникам, многих и многих храбрых воинов! Я еще должен поздравить тебя с тем, как ловко и толково ты организовала эту женскую оборону. А потом я должен отправить тебя на тот свет!
– Я – Фанчен-уродина, продолжала она, – и Дия – обыкновенная девушка. И Винни-красавица. Я понемногу меняюсь каждый день, завершая цикл в течении месяца. Ты знаешь, это женский цикл.
Эта сцена отрезвила жителей Мандении. Они немедленно выставили по берегам караулы, чтобы предотвратить дальнейшие потери в живой силе. Но потери эти были невелики – стать рыбами посчастливилось лишь дюжине манденийцев.
На десерт у них было шоколадное печенье домашней выпечки, чуть подгоревшее. Этот последний штрих делал его настолько подлинным, что Бинку было трудно сохранить свое недоверие. Даже пользуясь иллюзией, она кое-что знала о кулинарии.
Как только они вошли в страну драконов, один из ее обитателей не замедлил появиться. Аймбри, подойдя к нему, сразу же явила перед ним сценку, в которой один отряд людей истреблял другой отряд.
– Все это верно, – ответила Аймбри, – я была в плену, но мне удалось спастись. Я доставила королю Тренту сообщение. Теперь я прибыла сюда по его поручению!
Икебод бросился было бежать, но Хасбинбад щелкнул пальцами, и солдаты вмиг скрутили архивариуса. Они потащили его куда-то в сторону. Аймбри пошла было следом за ним, но кто-то накинул на нее путы. Сопротивление было бесполезным, ведь люди из Мандении были не только многочисленны, но и хорошо вооружены.
Поняв, что днем пытаться выбраться отсюда невозможно, Аймбри сама решила немного подремать в ухе великана. Она снова постаралась наслать на сфинкса новый сладкий сон. По счастью, все сфинксы были большими сонями, поэтому они редко позволяли себе бродить по Ксанту просто так. Существовала даже легенда об одном сфинксе, который в поисках тихого местечка отправился в Мандению, нашел тихое пустынное место, которое ко всему прочему еще было хорошо прогрето солнцем, прилег вздремнуть, и так и не проснулся, оставшись лежать в царственной позе на тысячи лет. Невежественные местные жители решили, что это обычная статуя и отбили сфинксу нос. А если сфинкс проснется и увидит, что лишился носа? То-то шуму будет!
Аймбри схватила зубами путы, крепко стягивавшие руки ученого, и яростно принялась терзать их. Зубы у нее были острые, поэтому она довольно быстро справилась с веревками. Но эта задержка все испортила: часовой вернулся на пост и моментально заметил, что происходит.
– Видишь ли, – проговорила медленно Хамелеон, – Всадник – это сын лошади и обычной женщины. Ну знаешь, что иногда может получиться из мимолетной связи по весне. Вот потому-то он и зовет себя Всадником. Он – нечто вроде помеси, гибрида, как наши кентавры.
Даже глупая Как-ее-там-зовут, красивая девушка на слушании дела об изнасиловании, Винни, вот ее имя... она обладала чувствами. Бинк надеялся, что дал ей возможность убежать от дракона в Провале. В ней было мало искусственного. Сабрина же была совершенной актрисой и поэтому Бинк никогда не был уверен по-настоящему в ее любви. Она была картинкой в его мозгу, чтобы вызывать ее во время надобности только взглянуть на нее. Никогда на самом деле он не жениться на ней.
Повелитель Зомби задумался, а потом сказал: – Ну что ж, стоит попробовать и это, только вот я сомневаюсь в успехе. Ведь есть еще много манденийцев, которые совсем не участвовали в битвах. Мост сейчас – их главная цель. Мы сдерживали людей из Мандении до сих пор только потому, что они не использовали все свои силы. Если они приведут вторую половину своего отряда, то сразу нас одолеют!
Облегчение Бинка превратилось в тугой узел в его желудке. Трансформация – потеря собственного тела – содержала в себе скрытый ужас. Она пугала его.
– Я давно знаю Сирену, – сообщил Гранди, – а ее сестра Горгона замужем за Добрым Волшебником Хамфри, – голем расслабился, видя, что у водяных тоже исчезла напряженность. – А где сейчас можно найти Сирену? Может быть, мы навестим ее!
– О нет-нет, я не враг, не бойтесь меня! – воскликнул Икебод. Аймбри поняла, что она забыла переключиться с обычного канала общения на свое собственное сознание. Теперь ей надо быть поосторожнее, она же сейчас находится среди совершенно разных людей!
И Фанчен тоже. Теперь, когда стало светлее, он убедился, что ее внешность действительно стала лучше. Ее еще вряд ли можно было назвать миленькой, но она, определенно, не была уже уродиной, которую он встретил какое-то время назад. Она даже напоминала ему кого-то...
У Бинка появилось ощущение, что на землю пролили его собственную кровь, а не просто воду. Он видел, как из-за старческого маразма исчезает его последний шанс, из-за маразма, который он хотел вылечить. Кроме того, его лишили волшебной воды, которая пригодилась бы ему для его собственных нужд, и он не сможет больше вылечиться в случае несчастья.
– Ты не мог знать. Запах этих цветов заставляет кентавров делать странные вещи. Я должна находиться подальше от них за исключением крайних случаев. Я знаю, что замок Волшебника Хамфри находится в пяти милях к югу. Будь бдителен к враждебной магии и, я надеюсь, ты найдешь свой талант.
– Сила Бинка состоит в том, – снова подал голос волшебник, – что колдовские чары не подействуют на него. Тем более, что эти жители Мандении не представляют собой угрозы, исходящей от волшебных сил. Вероятно, Бинку не удастся их остановить, но он, возможно, сможет разорвать цепь потерянных нами королей!
Конечно, это было небольшим преувеличением, но Аймбри не стала опровергать то, что сказала ее спутница. Она прибавила скорость, и расстояние между ней и ее преследователем стало увеличиваться. Как же можно нейтрализовать этого сентикора? Кобылка знала, что сражаться с ним бесполезно, так как чудовище было наделено волшебной силой – с ним не справился бы даже дракон. Впрочем, даже если бы у Аймбри было достаточно силы, чтобы потягаться с сентикором, то она все равно бы не рискнула сделать этого – с Хамелеон на спине об этом нечего было и думать. Достаточно одного движения, и женщина слетит со спины лошади, а чудищу, надо думать, только того и надо.
Добравшись до ближайшей к замку плантации гигантских тыкв, ночная кобылка моментально погрузилась в Мир Ночи. Сейчас она была одна, и потому разные ночные чудовища не стали тратить сил на ее запугивание, зная, что это все равно не принесет им пользы. Сейчас Аймбри держала курс на резиденцию Ночного Коня.
– Ладно, Бинк, оставайся рядом со мной. Я успею трансформировать тебя в любое существо, если понадобится, чтобы противостоять любой опасности, но ты должен держаться на нужном расстоянии. Я думаю, мы приближаемся к большой опасности или она приближается к нам, – он коснулся своего меча.
Гранди сразу же забросал вопросами паука, который прикреплял к колышку свою паутину. Паук первым делом сообщил, что жители Мандении привезли с собой блох и вшей, которые оказались очень сочными, и потому он, паук, ежечасно закатывал себе царские пиры. Паук даже изучил язык своих потенциальных жертв, чтобы более эффективно заманивать их в свои сети, поэтому он сообщил еще кое-что о людях из Мандении.
– Может быть, и смогу, – поосторожничал он. Бинк испытывал ощущение, словно он шел по дикой местности, выбирая самые надежные тропинки, но неизбежно приближаясь к ловушке в центре. Замок Ругна – на физическом и интеллектуальном уровне не имел голоса восемьсот лет, но теперь у него такой голос прорезался. Бинк мог фехтовать с таким голосом с тем же успехом, что и с острым мечом Волшебника, хотя он и должен сделать такую попытку.
Пораженный сприган стал тут же на глазах уменьшаться и вскоре уже был не больше лилипута. Он все-таки не собирался сдаваться – вытянув руку вверх, он щелкнул пальцами, и тут же с потолка на Аймбри дождем посыпался песок. Сзади послышался визг Хамелеон – очевидно, ей не понравилось, что песок попал в ее роскошные волосы.
– Что ж, нам, видно, придется вместе быть пленниками, – сказал Бинк, вновь оглядывая яму. Она оставалась столь же мрачной, что и прежде. – Как ты думаешь, нас собираются кормить?
– Ты не мог знать. Запах этих цветов заставляет кентавров делать странные вещи. Я должна находиться подальше от них за исключением крайних случаев. Я знаю, что замок Волшебника Хамфри находится в пяти милях к югу. Будь бдителен к враждебной магии и, я надеюсь, ты найдешь свой талант.
Они вернулись назад по тропинке. Шутники, не получая дальнейшего внимания от своей добычи, отправились на поиски других проказ. Пейзаж не казался больше таким красивым. Может быть, ему будет лучше в другом месте. Может быть, ему уйти сейчас, не дожидаясь официального изгнания. Если Сабрина действительно любит его, она пойдет вместе с ним, даже за пределы Ксанфа, в Мандению.
Действительно, возникла опасность! Сухие ветки кустарника моментально вспыхивали, лишая воинов Ксанта их надежного укрытия. Воины старались погасить начинавшие прыгать кое-где язычки огня, но жители Мандении в это время начали очередную атаку. На этот раз лучники Ксанта были более удачливы – своими стрелами им удалось поразить некоторое количество врагов, но это не остановило людей из Мандении. Скоро уже жители Мандении карабкались вверх по завалу, потрясая мечами, и жителей Ксанта стала охватывать паника. Все оказалось значительно серьезнее.
– Мы не можем принять такого решения сами! – убежденно произнесла Айрин. Сейчас она временно заправляла всеми делами в замке, поскольку ее мать спала. Все они ожидали возвращения Хамелеон.
Теперь гарпия могла быть довольна: на поле боя осталось около пятидесяти трупов жителей Мандении. Но в то же время около двадцати жителей Ксанта было убито, и человек сорок – ранено. Столкновение было коротким, но очень кровопролитным и стоило жизней многим людям. Все произошло точно так, как в тех снах, которые Аймбри доставляла людям во время Последней Волны. Теперь же поле битвы осталось за победителями – за воинами Ксанта, и горечь потерь как-то затушевывалась сознанием того, что враги разгромлены и бежали.
– Теперь ты, Волшебник Трент, – предложила Ирис. – Я за тобой наблюдала мало, но ты мне кажешься человеком, который умеет держать свое слово, по крайней мере, когда тебе это нужно. Я смогу стать для тебя отличной Королевой или могу направить по твоим следам королевскую стражу.
– Да, конечно! Вот потому-то волшебник Хамфри не смог определить, что ждет меня в будущем. То, что я обладаю противоволшебной силой, не дает волшебнику предвидеть мое будущее. А поскольку люди из Мандении тоже не имеют к волшебству никакого отношения, то невозможно определить, что они сделают со мной, попадись я им в руки! – Бинк помолчал немного и сказал в раздумье: – А вообще странно, что Хамфри, самый умный из всех известных мне людей, помешался от какогото несчастного заклинания, тогда как жители Мандении не успели тронуть его даже пальцем.
Это было слишком справедливо, это заставило его чувствовать себя неблагодарным негодяем. Теперь Бинку весь остров представлялся ловушкой. Он не мог доплыть до материка из-за морских чудовищ... и экипаж яхты мог схватить его и связать, если он попытается уплыть на яхте.
– Это действительно так, – подтвердила Сирена, – мое волшебство похоже на волшебство привидения Милли – я чертовски привлекательна для мужчин. Я думаю, что если был бы какой-то Сирена-мужчина, то он тоже мог бы зачаровывать всех женщин без разбору.
Бинк начал поднимать Фанчен и обнаружил, что поза «сидя на корточках» дает ему фальшивое ощущение удовольствия. Он не мог поднять Фанчен, он не был даже уверен, что сможет встать сам. Все, что он хотел – это лечь и ничего не делать.
Опоры моста были все еще достаточно прочными, чтобы держать мост и находившихся на нем захватчиков. Лучше было бы рубить не мечом, а топором, но вот топора у них при себе не было. Аймбри подумала, как бы было прекрасно, если бы великан Удар был сейчас здесь – он быстро справился бы с этой задачей. Но Удар был послан на защиту замка Ругна на случай непредвиденной опасности, поскольку охранники замка – зомби – были сняты их командиром для защиты моста. Повелитель Зомби уже знал о том, что вторая часть карфагенского отряда где-то скрывается, или, возможно, уже заходит с тыла, чтобы попытаться взять замок штурмом. Кроме того, Повелитель Зомби поручил людоеду постараться разузнать о том невидимом противнике, который заколдовал обоих королей. Это все было жизненно необходимо, поэтому никак нельзя было отрывать людоеда от такого задания на что-то другое.
Тем не менее, если она Волшебница, ее уловка будет быстро разоблачена проницательностью Волшебника. Таким образом, правда станет известна.
– Он человек и хороший при этом, но он уже далеко на пути к чему-то еще. Он находится сейчас на вершине своей магической власти, но его дети, если он когда-нибудь ими обзаведется, будут уже настоящими гномами. Я думаю, он это знает и потому не женится. А посмотри на Хамелеона – у нее нет прямой магии, потому что она сама магия. Таким путем все человеческое население Ксанфа меняется неизбежно, если только нет притока свежей крови из Мандении. Щит нужно убрать! Магическим существам Ксанфа нужно позволить мигрировать за его пределы свободно, там они постепенно вернуться к своим прежним формам. Сюда должны приходить новые животные.
Скоро дорожка слилась с той, по которой он шел на юг. Бинк с интересом посмотрел вдоль основной дороги в обе стороны. Она была видна и к югу и к северу. Он поглядел назад, на ту дорожку, по которой только что шел, там был только густой лес. Он шагнул назад, туда, где только что прошел... и очутился по колено в мерцающем шиповнике. Растение, мерцая, пыталось вцепиться в его ноги, и только маневрируя с крайней осторожностью, ему удалось высвободиться, не дав себя поцарапать. Гарпия так смеялась, что чуть не свалилась с ветки, на которую присела.
Но в тот момент, когда жуткие челюсти уже смыкались вокруг них, морской змей исчез. На его месте хлопало крыльями ярко раскрашенное безобидное насекомое. Трент аккуратно поймал его и одной рукой посадил на свои волосы, где оно и осталось, изредка вздрагивая.
Новоиспеченный зомби послушно повернулся лицом к пропасти, держа свой меч наготове, в то время как Чет продолжал рубить опоры и канаты моста. Едва очередной житель Мандении приблизился к кентавру, новый зомби с мечом наперевес бросился на своего недавнего товарища. – Эй, ты что, сдурел? – испуганно закричал объятый ужасом житель Мандении. – Своих, что ли, не узнаешь?
Гранди отбросил занавешивавший вход полог и выскочил наружу. Аймбри, проскочив прямо через стену, со всей скоростью помчалась к Чету. – Короля заколдовали! – выдохнула она. – Прямо только что!
– Я больше не ваш! – зарычал зомби, резко взмахнув мечом. Видевший все это третий мандениец от испуга и удивления оступился – и сорвался в каньон.
– Ха, щербатый! – закричал он. – Пожуй это! – и он топнул ногой по мягкой части носа дракона.
– Есть разница, – тихо проговорила она. – Мы сложим кирпич в кучу, встанем на нее и поднимем всю решетку целиком. Она не закреплена, я в этом убедилась, когда они привели нас сюда. Она держится благодаря своей тяжести. Но ты сильный и...
– Дело слушается анонимно, чтобы защитить репутацию лиц, связанных с ним, – сказал судья. – Так, чтобы выслушать противоположные стороны в присутствии всех заинтересованных партий, не выдавая их всему обществу.
– Хорошая идея, – и Бинк вдруг стал сфинксом. Он сохранил собственную голову. но у него было тело быка, крылья орла и ноги льва. Он был огромен, много выше дракона.
Хамелеон села на Аймбри, ночная кобылка прошла сквозь стену и направилась к ближайшей площадке с тыквами.
– Возможно, – сухо ответил Бинк, подавляя неясные чувства, которые испытывал. – Но это не оправдывает твою попытку завоевания Ксанфа и вероятную гибель многих семей.
– Поправка, – сказала Ирис. – Я хочу использовать тебя, Бинк. Я не питаю зла к твоей подружке, пока ты со мной сотрудничаешь. Я женщина не ревнивая. Все, чего мне хочется, это власти.
Вот это действительно имело смысл: теперь-то уж Аймбри никогда не будет столь беспечной по отношению к этому Всаднику. Но сейчас говорить об этом было просто неуместным, поскольку она находилась тут для того, чтобы передать это сообщение. – Пусть король решает сам, – сказала она нетерпеливо. – Вам же надлежит лишь передать сообщение.
– Морская черепаха, – пробормотал Трент. – Из Мандении. Безвредна, но русалочий народ этого не знает. Я изучал немагические существа и питаю к ним большое уважение. Эй! – еще один трезубец метнулся к ним.
И все-таки один участок оказался весьма неудобным. Он был сухой и песчаный, на нем явно должно быть мало растительности, и все же он был покрыт пышными, высотой по пояс растениями с широкими листьями. Участок показался не опасным, поэтому они зашагали прямо через него. Внезапно все трое путешественников почувствовали расстройство желудка. Они были вынуждены разбежаться, едва успев вовремя удалиться друг от друга.
– Я уже встретила его там, в тыкве, – сообщила Аймбри, – он согласен с тем, что теперь тебе пора приниматься править. Король Трент придерживается того же мнения. А я, в свою очередь, должна сообщить вам, как королю, не очень приятные новости!
Казалось, вихляки разумом не обладали или, по крайней мере, были безразличны к окружающему. Их магические туннели на своем пути протыкали все, что угодно. Если быстро не обнаружить вихляка, то было слишком поздно искать его, так как тварь передвигалась дальше. И все-таки, найти спокойно висящего вихляка было нелегко, так как со стороны он выглядел похожим на скрученную веточку. Чтобы привлечь внимание, он должен был переместиться, а потом могло оказаться слишком поздно.
– Остается еще одно обстоятельство, которое ты упустил из виду, – проговорил Бинк, выражение его лица теперь было даже более чем дружелюбным, – один из тех королей, которых ты убрал при помощи Всадника, был моим сыном.
Аймбри совсем не думала, что Бинк жестокий человек, но, глядя на его решительное лицо, она ясно поняла, что слова нового короля – не пустой звук, и он сделает все, чтобы выполнить свое обещание.
Здорово подловила! Злого Волшебника поймали, когда он заснул. Если прижать его прежде, чем он окружит себя преданными войсками, он не выживет.
Бинк надеялся, что он забудет об этом ограничении. А, ладно, половина пожара все же лучше, чем ничего. Из него вырвался щит пламени. Все, чего касался этот щит, охватывалось неистовым пламенем, все яростно горело. Ветви, деревья, листья, целые зеленые деревья, туши павших чудовищ – пламя пожирало все. Такова была природа огня саламандры – он горел магически, невзирая на условия. Погасить его не могла никакая буря, в нем горела даже вода. Все, исключая камень, землю и саламандрову траву. Проклятое растение!
– Куколки-нимфы что-то движутся медленнее, чем глаза, – заметил Хамфри, – мне казалось, что они заманят жителей Мандении сюда уже вечером сегодняшнего дня, но они, по всей видимости, смогут прибыть только завтра днем. Это мое упущение, я недооценил трудностей. – Волшебник нахмурился: – Сейчас я уже не столь молод, как когда-то. Я делаю очень глупые ошибки. Вот потому-то, наверное, обречен на неизбежное падение!
– Мой сын, король, велел мне прислушиваться к советам Гранди, – виноватым голосом сказала Хамелеон, хотя по лицу ее было видно, что она довольна, что все так легко окончилось.
Ирис вернулась, неся дымящуюся тарелку. Она переоделась в домашнее и корона ее исчезла. Она выглядела менее величественно и более женственно. Ирис поставила то, что принесла, на низкий столик и они сели друг против друга.
Хамфри тем временем печально посмотрел на них, одной рукой отодвигая горящий светильник. – Не может быть простого ответа на сложный вопрос, – сказал он, – но в любом случае над укреплением обороны страны надо трудиться не покладая рук. Надо использовать все имеющиеся в наличии ресурсы!
Бинк, которому вновь вернули человеческий облик, стоял один, разглядывая место, где раньше росло Дерево Джустина. Он был рад за Трента, уверенный, что из него получится прекрасный Король. Хотя он теперь страдал от определенного разочарования. Что ему делать теперь?
Седок был легким, Аймбри почти не ощущала его веса, поэтому она без труда тронулась с места и направилась к проходу через горы. Благодаря тому, что местность была достаточно ровной – без разных кочек и рытвин – кобылка перешла на рысь.
Обе женщины и кобылка столпились вокруг сидящего волшебника и заглянули в открытый том. Перед ними была карта Ксанта, разрисованная разными значками и раскрашенная в разные цвета.
Нет, положительно у короля был дар быстро разрешать все проблемы! Аймбри с легким сердцем прошла сквозь стену и спрыгнула на клумбу возле стены дворца. Скакнув еще пару раз, она угодила в тот самый ров возле стены замка. Но ночью это было не страшно: в это время кобылка была бестелесной, и потому ее не почуяли даже сторожевые собаки. Вскоре Аймбри была уже в доме Хамелеон, о которой она знала теперь немного больше. Блистательная внешность и блистательный ум месяц за месяцем сменяли друг друга в этой удивительной женщине.
– Конечно же, нет! – пробормотала Аймбри, стараясь не прядать ушами и не бить хвостом. Она с удовлетворением отметила, что ей все чаще и чаще удается совладать с собой в нужных ситуациях. Теперь политика открывала для ночной кобылки новые горизонты. – Я все-таки думаю, что нам вряд ли придется иметь дело с кем-то еще, кроме жителей Мандении. Вспомните, когда король-человек Ксанта искал помощи у других созданий, почти все отказались помочь ему, так как считали, что они тут совершенно ни при чем, пусть люди сами разбираются. Но может возникнуть нечто вроде молчаливого согласия, когда карфагенянам разрешат пройти через населенную разными чудищами территорию без всякого сопротивления со стороны обитателей этой территории, а люди из Мандении, в свою очередь, не причинят этой территории никакого ущерба. Можно также допустить то, что какие-то существа тоже решили присоединиться к жителям Мандении. К примеру, Всадник поступил именно так – ведь он обитатель Ксанта, который перебежал на сторону людей из Мандении.

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site310.html on line 336

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site310.html on line 336

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site310.html on line 342