ШЕН ВПОЛНЕ МОЖЕТ

Результаты были нулевыми, но она не сдавалась, нагнетая воздух в легкие, останавливаясь лишь для вдоха, сжимая грудную клетку безжизненного тела.
Игроки стали расходиться, представление закончилось. Никто не поздравлял и не вручал призы. Он не мог поверить, что все уже завершилось, и надеялся выяснить все, расспросив Гротона.
Иво подумал, что именно так он выполняет сейчас сложные манипуляции, чтобы стабилизировать точку обзора. Это было бы просто невозможно, если бы он привязывался к галактике или Солнечной системе. Центр Вселенной должен быть там, где находится наблюдатель.
Степенно прохаживались покупатели, толкая перед собой корзины на колесиках.
Он закрыл один глаз – изображение существенно изменилось, можно было получить много полезной информации, посмотрев сначала одним глазом, затем двумя, а после уже проанализировать и отфильтровать полученные таким образом изображения. На затылке размещалось три уха, они также хорошо дополняли друг друга, каждое отвечало за свой диапазон частот. С такими ушами, подумал Гротон, можно регистрировать очень слабые и сложные по спектральному составу сигналы – человек на такое не способен.
Они по-прежнему жили и работали в комфортных условиях, но темпы работы были бешеные. Никто уже не выполнял вручную работу по дому, в условиях такой спешки это было бы непозволительной роскошью. Беатрикс отвечала за аппаратуру жизнеобеспечения и остальные могли не отвлекаться от основной работы. Она так же освоила управление аппаратами по автоматической распайке и сборке электронных схем и технологию контроля качества готовой продукции.
Афра влетела в комнату – златовласая богиня в сияющей мантии. Она осмотрела стойки со сложным оборудованием и решила, что это центр управления и контроля станции. Но сейчас больше всего ее интересовало положение в поединке. Падение Шена было ее подъемом, его неверие в возможность благополучия для всех было ее козырем в игре – нужно только не терять уверенности и самообладания.
На самом деле он просто боялся посмотреть. Это был очередной кошмар, но все, кроме него, воспринимали происходящее как должное, и только он четко представлял, какая пропасть разверзлась пред ним.
– Вы любите меня. Вы нужны мне. Я понимаю, это не одно и то же, но давайте будем откровенны. Если мои объятия удержат вас здесь, я обниму вас. Я дам вам все, что могла дать вам Айя. Все, что может дать вам любая женщина. Вам не понадобится уходить в какой-либо другой мир – вы не должны уходить от нас...
Он устал, и это объясняло все. Хотя Иво и не чувствовал себя разбитым. Скорее всего, это было сколь физическое, столь и психическое явление. Представляя себе расстояние, которое отделяло их от Земли – это было так далеко, что свет, отраженный от их базы, планеты Нептун, не вернется обратно и через тысячу лет, – зная все это, он подсознательно хотел прикоснуться к родной планете. Он хотел шагнуть в этот древний мир. Как ребенок, который мечтает оказаться среди героев приключенческого романа. Древний мир – приключения, богатство, слава, где не нависла угроза ядерного конца... и не существует разрушителя разума. При всех его варварских недостатках, этот мир все же лучше.
Беатрикс была уже совершенно спокойной, когда Афра подплыла к ней. Она попыталась поднять Беатрикс, но тело в невесомости только перевернулось. Это было бессмысленно, ведь если нет тяжести, положение тела значения не имеет. Афра не знала, что же предпринять и действовала не задумываясь.
Человек с прической из перьев указал в сторону Иво. Ясно, кто здесь командует. Стражники подняли копья, некоторые из них, вооруженные луками, отошли назад и направили на него стрелы. Теперь уже все смотрели в сторону Иво.
Они вошли. Здесь было чуть получше, чем на открытом месте, так как двоим не разминутся в узком коридоре, а темнота затруднит погоню. Свет падал через узкие амбразуры во внешней стене. Через двадцать футов жрец легонько постучал по камню на внутренней стене. Затем он приложился к нему своим хрупким плечом и толкнул. Иво с подозрением наблюдал за его действиями, все время оглядывался назад, чтобы не прозевать погоню.
– Это то, что вы обо мне думаете? Что я... – она вновь замолчала, сраженная его спокойным и беспристрастным видом. – Извините. Я не буду больше перебивать.
– Восходящий – это всеобщее определение личности, этот знак есть у каждого. Мой восходящий приходится на Овен 21, символ в этой позиции значит «боксер, выходящий на ринг» – как ты уже, наверное, заметила, если следила за событиями внимательно. Это означает мою непоколебимую уверенность в своих силах, естественно, небезосновательную, – и полное отсутствие личных привязанностей. Эта галактическая машина раскрыла глубинную суть моей личности и создала образы, отображающие кроющуюся во мне мощь.
Хотя, впрочем, была, но не очень серьезная. Раньше Иво был свободен от предвзятости, но сейчас она появилась в его характере. Это было плохо. Кому, как не ему это лучше знать.
Ведь планета Льва исчезла, и остался только флот, который разнесет планету Овна еще до того, как ее население восстановится из протоплазмы. Интересная получилась игра в предательство и межпространственные прыжки!
Вновь возникла аудитория. Кафедра была сдвинута, рядом с ней стоял взъерошенный Шен. На это раз контакт и вправду состоялся не по инициативе Шена. На сей раз он разрушил иллюзию. Она взяла инициативу в свои руки. Она села на первую скамью уверенная, что это послужит сигналом к началу лекции.
– Это неправда! – воскликнула Беатрикс. – Вы думаете, что раз он умер, то вся вина на вас? Но ведь он сам виноват – он намеренно просмотрел разрушитель.
– Я разве не говорила? Разрушитель окружен шестью стофутовыми сферами, находящихся на расстоянии пяти световых минут от него – на север, восток, запад, юг, вверх и вниз.
Одной частью своего сознания Иво увидел трагедию Рыб, другой – авантюру Овна. В каком-то смысле все происходящее было лишь снами, но передавали они сведения о реальных событиях, и он знал, что требуются реальные действия. Но сам он не мог ничего предпринять, ведь как только он перестанет исполнять симфонию, замрет все, все формы бытия. Наверное здесь, у Весов, он найдет отчаянно необходимую слабому голосу своей флейты поддержку, здесь, где воздух наполнен трубными звуками симфонии.
Но ведь он несомненно был где-то. Приключения были слишком реальны, боль слишком чувствительна, а события слишком взаимосвязаны и логичны для тривиального кошмара. Он все больше и больше убеждался в том, что самому ему отсюда не выбраться. Он знал слишком мало и был слишком слаб, настолько, что ему пришлось даже вверить свою судьбу незнакомой женщине.
Шен не появлялся. Афру заинтересовала структура ткани – сложные переплетения разноцветных нитей основы. Она удивленно наблюдала за тем, как ее загорелые морщинистые руки ловко управлялись с челноком и пряжей. Эта монотонная работа оказалась превосходным способом самовыражения для человека, чего ему так часто не достает. Ей было по душе это спокойное неторопливое занятие, она находила в нем невыразимое удовлетворение. Она была хранительницей искусства, что с лихвой окупало этот труд, и пусть цивилизация с ее машинами добралась до невообразимых вершин прогресса. Жизнь древних совсем не кажется примитивной, если пошире взглянуть на проблему бытия. А усердный, пусть даже простой, труд, всегда получит достойное вознаграждение.
Примитивный хоботоид не производил сильного впечатления. Их стада плавали в мелких морях, выбрасывая воду из хобота, неуклюже взбирались на берег, орудуя ластами. В них был страх, их глаза все время были обращены в сторону опасности, а не в будущее.
Похоже, ему не доплыть. Он все еще был немного впереди, но его продвижение было недостаточно быстрым и, к тому же, замедлялось. Руки совсем окоченели, и он поплыл по-собачьи. Через несколько минут корабль пройдет мимо него, покажет корму, а он, окончательно выбившись из сил, утонет. Вернется ли он после смерти здесь на базу, находящуюся в недрах континента Тритон на Нептуне, где над равнинами сжатой материи ревут метановые штормы. Или это просто будет конец?
На длинной улице не было ничего, что могло бы хоть как-то отвлечь внимание: просто двойные ряды обычных для Джорджии домов, неотличимых от домов в Каролине или Флориде, вдоль которых тянулись неухоженные тротуары и наклонные площадки для парковки. Счетчики на стоянках напоминали чудовищные спички, поставленные вертикально головкой вверх. Вспыхнут ли они, если солнце будет продолжать безжалостно жарить, или для этого необходимо прикосновение металла, например монеты? Его пальцы нащупали в кармане теплый диск: пенни. Не след вам было парковаться в полуденный жаре...
– Да, о человеческих детях. Взрослые тела опасней добывать, к тому же много неполноценных. Правда, существует небольшой рынок сбыта тел всех возрастов. Большинство детей похищают, но некоторых продают сами отчаявшиеся родители. Это дешевле, чем аборт. Нынешний курс колеблется от ста до тысячи долларов за голову, в зависимости от района. Это действительно лучший выход для многих семей, которым не под силу прокормить еще один рот; такой жизни не позавидуешь. Ну и, конечно, они ничего не получат, если их ребенка украдут.
– Нет, это не разрушитель. Все более очевидно. В пределах галактики макроскоп работает превосходно, но нам пока не удается получить изображение из других галактик. По крайней мере, на которых можно что-то понять. Какие-то переплетения нечетких полос. Так что для расстояний больших, чем миллион световых лет традиционные телескопы подходят больше.
Ученые уважали талант, где бы он не проявлялся; у Афры же были другие критерии. Толстяк сейчас, должно быть, завидовал тому, как Бланк умеет работать ракеткой, и не обращает внимания на такие мелочи, как образование.
– Ты еще не убедился? Я тебе могу показать еще материалы. Мы должны получить доступ к информации, которую передает эта цивилизация II уровня. Мы опасаемся, что само человечество не сможет снизить уровень рождаемости или уменьшить население каким-либо другим цивилизованным путем; что оно никогда не начнет разумно использовать свои истощающиеся ресурсы. Проблема скорее социологическая, чем психологическая, и решения пока что нет. Мы должны получить материалы и технологии нового уровня, прежде чем начнем в прямом смысле пожирать друг друга. Земля себя не спасет. То, что ты видел в макроскоп, не нуждается в комментариях.
Он сфокусировал макроскоп на доме Горолота. В нем жили какие-то незнакомцы, да и очертания здания изменились, будто его перестроили. Иво разочарованно остановился, хотя и понимал, что если бы он увидел Айю и Горолота, то эффект был бы непредсказуем.
Гротон был тронут, но не время было проявлять свои чувства. Операция еще не завершена. Гротон понял теперь, какую услугу оказал ему опыт, полученный в горячие деньки его преподавательской деятельности. Но тогда страдал он один, и удары приходились в основном по его самолюбию, сейчас же стоял вопрос о жизни и смерти тысяч живых существ.
Горолот пристально вглядывался в черты лица Иво при мерцающем свете оловянного светильника.
Раньше ей не приходило в голову, что ее антипатия к неграм – следствие воспоминаний детства, той самой погони, когда за ней, из лучших побуждений, побежал работник магазина. Она хорошо запомнила погоню и связала ее с внезапной, ужасной гибелью отца, который был смертельно ранен в этот день, и подсознательно винила в этом негров. Но ведь стрелял белый человек, именно он пытался ограбить кассира. А вот негр попытался ей помочь, искренне сочувствовал ее горю и высказал надежду на выздоровление ее отца. Сильнейшими воспоминаниями от этих событий остались негры и убийство, подсознание связало их вместе, хотя сознание этого никогда не делало. Несомненно, что окружение, в котором она росла, способствовало укоренению этого предрассудка.
– Наверное. Но они ведь всегда подглядывали, я имею в виду взрослых. И у нас была игра – дурачить их. Подделывать оценки, притворяться спящим – ну, все такое. Они были так доверчивы, наверное, потому, что были слишком образованы, слишком доверяли своим тестам, «жучкам» и статистическим распределениям.
Иво кивнул. Этот человек действительно был честен, да еще и скромен вдобавок. Сколько же богатых клиентов он отвратил своей искренностью и прямотой?
Реликтовое облако газа бурлило, сжималось, временной маркер указывал, что 25 секунд соответствуют примерно одному миллиону лет. Через десять миллионов лет облако сжалось до диаметра в сто миллионов миль, затем до какого-то миллиона, затем комок газа вспыхнул – образовалась звезда. Сжатие продолжалось, была достигнута температура термоядерного синтеза в реакции водород-гелий. Начала выделяться колоссальная энергия превращения четырех ядер водорода в ядро атома гелия.
В дальнем углу ринга появился Шен – в боксерских трусах и спортивных туфлях с высокой шнуровкой. Мускулистый торс переливался в ярком свете юпитеров, глаза и зубы сверкали. Таким он и врезался ей в память – боксер, выходящий на ринг. Она видела, что пришел его час, час его несокрушимой мощи, когда он владеет всем. Чтобы она не задумала и не предприняла – ей не остановить его, даже не задержать.
Ковонов терпеливо ждал, пока Иво раздумывал над ситуацией. Иво стер доску с обоих сторон и положил ее. Он встал и с серьезным видом подал русскому руку. Из них двоих у русского, по всей видимости, более сложная задача. Расследование ООН будет жестким. Головы покатятся в прямом и в переносном смысле. Русский столь же серьезно пожал протянутую руку Иво.
Иво повернулся к Горолоту. Черты лица астролога начали меняться – седая борода поредела, уступила место гладко выбритому подбородку. Лицо пополнело. Грубо оштукатуренная стена превратилась в металлическую панель.
Но, что удивительно, основной сигнал принимался так же уверенно. Это было еще одним подтверждением превосходства внегалактической технологии: этот сигнал нельзя было ни подавить, ни заглушить, ни отклонить в сторону.
– Мы запустили программу перевода в режиме реального времени, – сказал Гротон. – И все время следили, на тот случай, если появится какая-то возможность помочь. Правда, незадолго до вашего пробуждения программа сбилась, так как вы перешли на незапрограммированные языки.
– Или написать хорошую музыку, – подхватил Гротон. – Неважно, когда она была написана, важно то, насколько она заставляет слушателя сопереживать.
– Женская форма будет Ивонна, – живо продолжала она, оттеснив его еще на один шаг. – Значения имен всегда очень интересны. Например, мое означает «Тот, кто приветствует людей», – опять же, тевтонское.
– Только не нужно той лапши, которую ты вешала инженеру. Ведь ты сразу поняла фаллический подтекст этой пиктограммы. И Венера, – он нарисовал в воздухе символ Венеры, – столь очевидное изображение женского полового органа...
Но ведь Шен вполне может быть уничтожен затаившимся в памяти Иво разрушителем, прежде чем сможет что-то осуществить. Тогда его сознание просто умрет, а вместе с ним и та его часть, та мечта Шена, имя которой – Иво.
Проект развалился, и все его участники были вышвырнуты в огромный, сложный, неспокойный мир – но большинство радовалось, ведь это одновременно была свобода и возможность испытать себя. Они рассеялись по планете, триста тридцать юношей и девушек, спешащих жить и чувствовать... и мир поглотил их бесследно.
– Ты говорил мне, что они забросили макроскоп. Это меня и удивляет – все равно, что научиться читать, а затем сжечь книги. Они же могли извлечь пользу из программы, как мы собираемся сделать. А может наоборот – нам конец, если мы начнем слушать советы высшей цивилизации?
Но представление еще не окончилось. Из этой капсулы начало распространяться силовое поле III уровня технологии, сначала оно охватило планету и спутник, теперь уже навсегда сплавленные вместе, вскоре оно заполнило сферу диаметром в двадцать тысяч миль, проникая в каждую частичку пыли, в каждую молекулу газа, в каждый атом. Это поле надежно зафиксировало положение всех атомов по отношению к целому.
Хватайтесь за любой свободный и прыгайте, как на качелях, – посоветовал Гротон. – Гравитация увеличивается у шлюза. Можно, конечно, и просто так прыгнуть, но к чему рисковать?
Но ведь Шен вполне может быть уничтожен затаившимся в памяти Иво разрушителем, прежде чем сможет что-то осуществить. Тогда его сознание просто умрет, а вместе с ним и та его часть, та мечта Шена, имя которой – Иво.
Афра явно осталась недовольной, но молча влезла в шорты и надела свежую блузку. Она не утруждала себя бюстгальтером при четверти нормальной гравитации.
Струи газа начали извергаться из труб, ударили по основанию снаряда, ничего не весившего в поле нулевой гравитации. Комната управления содрогнулась.
Иво продолжал смотреть на мирно спящего Брада Карпентера. Тот спал мирно для стороннего наблюдателя, мертвому мозгу было безразлично, что происходит с телом.
Теперь его большой сырой талант созрел, и рождалось настоящее мастерство. Он решил в качестве первой попытки выбрать партию флейты, внимательно прислушивался к словам песни, по мере рождения музыки. Он оставался самим собой, а не был Сиднеем Ланье – всему свое время. Нужно начать с чего-нибудь попроще. Первая попытка...
– Это не так просто объяснить. Между нами есть некое соглашение, но оно нигде не записано и весьма расплывчато. Он может дать мне что-то, вроде интуитивной логической способности, а я могу принять или не принять этот дар. Но я не могу взять у него то, что он не желает мне дать, и он не может всучить мне насильно то, что мне не нужно. Этот эпизод – особый случай, я сильно устал и потерял контроль над собой. В результате принял от Шена больше, чем следовало. Обратно прокладывать дорогу мне пришлось уже играя по его правилам, то есть, почти без правил. И я не взял его дар с собой, оставил там.
Она принесла чашку козлиного молока и осторожно вылила его в отверстие в голове богини. Затем взяла в камине головню и подожгла кучку трута у основания статуи. Языки пламени начали лизать металлического идола.
– Он был лучшим другом Шена. Пожалуй, единственным, хотя на самом деле Шену никто не был нужен. Полагаю, что они подружились потому, что были самыми способными, но все же Шен оставался сам по себе.
Боковое зрение выхватило на поверхности воды какой-то предмет, и она, вздрогнув, повернулась к океану, хотя и уверяла себя, что это просто кусок дерева качается на волнах. Она побежала опять, но боли в боку быстро умерили ее пыл.
Вероятно, одна отчаянная попытка, попытка произнести одно слово – все, на что он был способен. Жуткая в своей простоте истина предстала перед Иво: Брад пожертвовал собой, надеясь таким образом призвать Шена. Он был уверен, что только Шен способен нейтрализовать разрушитель и решить проблему макроскопа.
Наверное, Дурвин и Хьюм спали в одной палатке, а Лида и Персис – в другой. Ведь молодые люди, как правило, не любят одиночества.
– Теперь другое описание: Этот человек всеми силами стремится объяснить мир с помощью утилитарных понятий. В своих лучших проявлениях он способен направить свои усилия и усилия других на общее благо, в худших – стать вечно недовольной и малообщительной личностью. Жизнь для него должна иметь цель, его легко воодушевить похвалой. Он оптимист, общителен, даже чрезмерно, часто простодушен. Его нужно заставить проявить себя, иначе он становится догматиком и ревнивцем. Реалист в мелочах, во всем остальном неисправимый идеалист.
– Но как это нам поможет не поджариться на ООНовском лазере? – Афра ни на минуту не забывала о нависшей опасности.
– Ах да, Иво. Ну, он все совсем запутал, таким уж я его создал. Он не знал, как правильно использовать S', взял понемногу от каждого из вас и в результате сыграл такое, что услышь это создатели инструмента, они попадали бы без чувств. Поэзия Сиднея Ланье, астрология Гарольда Гротона, якобы интеллектуальная исключительность дражайшей Афры Саммерфилд и самоубийственная доброта Трикс – и все это замешано с текстами по галактической истории, которые мимоходом выдавал инструмент в качестве бесплатного приложения. Любопытная композиция, должен признать. Я был огненным бараном – «Стремление» астрологически, «Дело» поэтически и струнная партия музыкально. Я принимал участие в галактических политических играх, и не так уж плохо, но тут ты, как раз мне на руку, погубила Иво.
– Пока я узнал лишь цифры от одного до десяти, – Иво разглядывал незнакомые символы. – Это Нептун! Уж его то я не забуду. В шестой клетке.
Оно удлинялось, складки на боках превращались в плавники, одно из отверстий переместилось вниз. Спереди появились впадины, из которых тут же получились самые настоящие глаза – это была рыба. Плавники утолщались, тело становилось грузным и неуклюжим. Рыба раскрыла пасть, продемонстрировав ряд острых зубов, и вдруг неожиданно высунула из воды морду и глотнула воздух. Рост продолжался, голова уже была над поверхностью. Ближайший глаз бессмысленно уставился на Иво. Сейчас существо напоминало рептилию, с массивным хвостом вместо плавника и когтями на хорошо сформированных лапах. Оно оскалилось – зубов стало меньше, но все равно чертовски много. Это был уже большой организм – половина запасов протоплазмы израсходовалась на этой стадии.
Но это был не планетоид, они перетащили сюда весь свой мир! Это было, как он и подозревал, контрмерой на ответный удар противника. Убрать саму цель из-под удара.
– И ты называла меня незрелым индивидуумом, – воскликнул Шен и захохотал. – Ты, должно быть, здорово позабавилась, когда я подмешал немного жизни в беспросветную серость, которой был Иво. Ты – стопроцентная БАСП – белая англо-саксонская протестантка хотела провести психоаналитические тесты на мне, в то время, как я отсутствовал. Но ты не учла присущую роду человеческому агрессивность – это та черта, которая привела человека к господству на Земле. Так что можешь называть меня ЧАСП, если тебе легче оперировать подобной терминологией.
Иво показалось, что он наблюдает конвекцию в нагреваемом чане с расслоившейся нефтью. В воображении появилась еще одна картина – контейнер Брада на печке, и Иво, ужаснувшись, отогнал эту мысль. Сине-серые пузыри газа, в тысячу миль диаметром, всплывали в толще плотных слоев атмосферы, оставляя за собой хвосты турбулентных завихрений. Проход, проделанный недавно прошедшими пузырем, являл взору четкий срез газообразного слоя атмосферы – желтая масса, прошитая зелеными, черными, розовыми прослойками. В другом проходе виднелись груды белесой субстанции – водородного снега, – которые лавинами низвергались в пучину нептунийского океана, огромной вмятины на теле планеты. Похоже на льющийся в воду жидкий воск, подумал Иво.
– Я бы назвал это толкованием нюансов гороскопа, – невозмутимо ответил Гротон. Его темперамент был больше, чем у Иво, приспособлен к отражению ее нападок. Беатрикс, должно быть, пошла в отсек с продуктами и не могла прервать ссору. – Мне не кажется это нелепым – попытаться прояснить ситуацию и оценить возможности с помощью лучшего способа, который у нас есть. Мы в действительности, как вы сказали, имеем кучу проблем.
Русский тронул за плечо стоявшую рядом женщину. Она была моложе его, не старше тридцати пяти, очевидно еще не утратившая женскую гордость особа. Женщина была классическим монголоидом: приземистая, с плоским лицом, миндалевидными глазами и крохотными руками. Вероятно, происходила из Северного Китая и была типичным представителем своей расы, так же, как Афра своей. К этой женщине он был так же близок, как и к Афре – в нем была одна треть крови ее народа.
Голубь проплыл над полосой прибоя, направился к Афре и сел в нескольких футах от нее. Она ощутила запах морской пены, который он принес на своих крыльях. Но через несколько секунд его оперение было уже сухим. Голубь пошел к ней, наклоняя при каждом шаге голову вперед, словно цыпленок. Подойдя совсем близко, он уставился на нее красным глазом.
Преобразование материи, силовые поля, управление гравитацией – все это поражало воображение Иво. Он знал, что галактическая технология стоит на другом уровне по сравнению с земной, но реальные результаты были просто ошеломляющими.
Беатрикс открыла глаза, все еще слезящиеся от морской соли, и осмотрелась. Ярко светило солнце, она была одета в черный купальный костюм, прикрывавший столь малую часть ее тела, что это показалось ей неприличным.
Он – это Дрон, трутень: принц-консорт Королевы. Делом всей его жизни было угождать прихотям Королевы. Взамен он получал почет и то, с чем не сравнятся любые богатства – правда, только до тех пор, пока Королева к нему благосклонна.
Иногда информационные сферы меняли своих хозяев – так происходило, когда ученик превосходил своего учителя, но, как правило, ведущие цивилизации сохраняли приоритет за собой, по-видимому, причиной был более совершенный наследственный материал существ, прошедших долгий путь эволюции. Основная фаза продолжалась около ста миллионов лет, и к концу ее почти все цивилизации-основатели ушли, на их место пришли новые, произведшие лишь малую толику изначального знания. В галактике завершалась эпоха пионеров, и, казалось, прогресс цивилизации Млечного Пути достиг апогея.
– Чисто академический вопрос – у нас ведь не будет флота, – успокоил его Шеф. – Нет кораблей – нет добычи, или вы планируете приспособить торговые суда для вашего пиратства?
– Вы говорите о деталях и не в состоянии охватить целое, так же, как и те цивилизации, – сказала она. – Старая задача о том, чем отличаются деревья от леса. Что же вы знаете? Думаю, вы сами не понимаете, что такое Странник. Вы заблокировали его вместе с памятью о разрушителе. Истина недостижима для вас!
– Зодиакальные конфигурации на момент рождения человека могут кое-что сказать о его окружении и о нем самом. Астрологи проводили наблюдения и совершенствовали свои методы на протяжении многих веков – это одна из самых древних наук, – и сегодня она точна, как никогда. Многое еще неясно, как и в геометрии, но наши представления основаны на жизненном опыте, а не на домыслах. Я не утверждаю, что звезды и планеты определяют вашу судьбу, я хочу сказать, что на вашу жизнь оказывают влияние многие факторы и обстоятельства, примерно так же, как они влияют на движение планет и звезд, так что ваша жизнь и жизнь Вселенной идут параллельно. Астрология пытается провести разумные параллели между этими явно различными сферами, то, что неясно в одной области, может быть очевидным в другой. Таким образом, можно прояснить некоторые обстоятельства вашей жизни, которые иначе бы остались неизвестны. У нас есть один хороший параметр, известный с достаточной точностью, – место и время рождения человека, естественно, что это принимается за точку отсчета для данного индивидуума – вот и все. Просто точка отсчета, точно так же, как ваше измерение угла и сторон является точкой отсчета для геометрии. Разница в том, что астрология не пытается иметь дело с фактами, так как факты – это то, что вы можете выяснить сами. Она не раскрывает тайны. Просто помогает правильно оценивать и судить события реальной жизни.
Почему всегда все начинается сначала? Даже в записи бесконечно повторяющаяся программа должна начинаться, если входить случайным образом, с середины или вообще с конца, с той же вероятностью, с какой попадаешь на начало. Как же удавалось излагать зрительный материал в необходимом порядке, независимо от того, когда начался просмотр?
Обрел очертания зал в станции разрушителя и парящие в невесомости фигуры людей. Ей удалось вырваться.
Может быть, ему нравился недостойный человек? Афра была изумительна и прекрасна, но ее темперамент изменял ей. В подобных ситуациях это может быть серьезной помехой. Ерунда. Брад прервал бы любой спор, если бы он зашел слишком далеко.
Гротон, в свою очередь, получал ее результаты, уяснял свою задачу и выдавал соответствующие инструкции роботам. Он также тщательно исследовал весь Тритон в поисках места для постройки невиданного сооружения. Если бы планету посетил турист, он бы решил, что на ней начался индустриальный бум. В некотором смысле, это так и было.
– Но у нас кружевная – это прилагательное, так что еще не все. Нет сказуемого – это еще не предложение. Значит, "I" не совсем подходит... Ага, это может быть польский союз "и". «Прекрасная кружевная сеть» сравнивается с ничтожными желудями.
– Смогла бы, – в голосе ее была обреченность. Очевидно, она не хотела и пытаться. – Куда мне плыть, что мне делать на дне морском, если муж мой мертв, и тело его на суше?
По экрану перемещалось изображение планеты – море и пустыня, часто встречались горы, обжитые и густо заселенные этими земноводными существами.
– Маленький такой гвоздочек, благодаря которому не разваливается небоскреб. Может показаться, что быть гвоздем не так уж благородно, но гвоздь не менее важен, чем шпиль небоскреба.
– У меня появилась сумасшедшая идея, что, если я смогу найти дорогу к вам, из этого мира в тот, то смогу вернуть вас. Я чувствовала себя обязанной... виноватой, может, это более подходящее слово. Все получилось спонтанно. Мне не давала покоя одна мысль – как то Брад сказал мне кое-что о Шене, но я не сообразила сразу. Я, конечно, не смогла понять сразу, где Шен – мне понадобилось слишком много времени, чтобы сложить два и два. Я подумала, что если Шен победит, то мне... ну, я не знаю. В общем, я должна была что-то предпринять. Я просматривала перевод, когда все спали, и мне пришло в голову, что время настало. Вы вправду всем нам нужны, Иво. Честное слово. Без вас мы не сможем определить наши координаты в галактике. По крайней мере, с требуемой точностью.
– Странно, что вы выбрали именно это выражение. – Гротон остановился, собрался с мыслями. – Вот первое описание: Этот человек стремится добраться до сути вещей и управлять ходом жизни. В своих лучших проявлениях он способен видеть глубинный смысл явлений и принимать неожиданные и полезные решения; в худших – он сеет подозрительность, способен на необдуманные поступки. Жизнь для него – это приключение, и он полагается на себя. Он бесстрашен, действует быстро и решительно, принимает на себя всю ответственность за содеянное. Не любит абстрактных рассуждений и мало думает о других.
В это время шестеро оставшихся окружили черного. Он нелепо вертелся на месте, пытаясь найти путь к воде, но, увы, путь к океану был отрезан. В конце концов, отчаявшись, он бросился напролом, угрожающе подняв свои толстые передние лапы. Копье Дурвина вонзилось в тело твари. Черный зашатался, обхватил копье, но рана еще не была смертельной. Остальные начали швырять в него остроги.
«Вы доверяете себя незнакомцу? Преступнику, который вполне может быть насильником или даже убийцей? Нет. Иварч из Америки. Меня подобрал корабль и доставил для допроса к Маттану. Я не понимаю, почему он послал меня в жертву. Как могло...»
На самом деле он не мог понять, почему существование разрушителя вызовет закрытие проекта, особенно после этого происшествия. Но он хотел услышать объяснения Гротона, так как это могло прояснить связь происходящего с турниром и СПДС.
– Ладно. Передайте приказ: все корабли, повторяю все корабли немедленно направляются к планетоиду фелков и без промедления, с ходу, атакуют его.

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site40.html on line 339

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site40.html on line 339

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.net/site40.html on line 345